Поднялся на ноги – потому что отлетел на несколько шагов и упал от удара этого зверя – и позорно побежал.
Если и было у меня перед этим новобрачным какое-то чувство вины, то оно испарилось. Из носа лилась кровь.
Сильно болела голова…
Поженились они всё-таки – Анютка и Рихард.
Услышал я эту благую весть через друзей-знакомых.
Ну и ладно. Гора с плеч.
И – вот над чем много раз я задумываюсь: всё в человеке устроено разумно и прекрасно. Всякому органу - своё место. Даже аппендикс, про который одно время говорили, что он не нужен, оказался теперь реабилитирован.
Но – вот почему Природа так поступила с женщиной? Зачем установила ей в организм пломбочку, по которой можно определить главную веху – начало взрослой жизни женщины?
И – заметьте - у мужчин никаких таких вредных дополнений в организме нет. Только у женщин. У девочек.
Для чего нужна эта плёнка, от которой столько волнений и переживаний, как со стороны девушек, так и – мужчин, которые собираются связывать с ними жизнь?
Есть она – нет её – это никак не сказывается на здоровье женщины. Только – на нервах.
Когда приходится чего-то объяснять не в меру любознательному партнёру.
А - ведь даже и на жизнь это никак не влияет.
Вон - моя… Тоже говорит, что я у неё второй…
Ну и - что?..
ЛЮБЕЗНЫЙ МОЙ ДРУГ, ФРАГОНАР...
… К концу сентября все розы были собраны с поля, картофель ссыпали в погреба. Зерно заложили в специальные танки. Скот радостно взирал на рачительность нашего двора. Страховые агенты застраховали свиней, уток и домашних удавов от бескормицы. Можно было жениться. Почему не жениться, если розы собраны и застрахованы все свиньи? Милая девушка подошла к моей жизни, и мне не хотелось упускать блеснувшего шанса. Годы берут своё. Возможность для женитьбы мы имеем до тех пор, пока соответствующие органы не поменяют нам паспорт на свидетельство о смерти, но через определённое время, я чувствовал, мой интерес к браку может заметно ослабеть, если не исчезнуть совсем. События эти не за горами, нужно быть трезвенником в таких вопросах и не смотреть на вещи сквозь пальцы. В мои годы редко кто рискнёт задуматься о продолжении своего рода, но девушка была так прелестна, так обворожительна, что я решился.
Любезный мой друг Фрагонар, я знаю, эта моя затея вызовет улыбку на твоём суровом лице. Но, тем не менее, это серьёзно, и в скором времени мне бы хотелось увидеть тебя в нашем тихом Уайтхилле1, в кругу моей семьи.
Свадьба уже закончилась. Со стороны органов власти препятствий нашему браку не чинилось. Насмешки я вынес, как настоящий мужчина и уже философ в расцвете. Агидель четыре месяца назад кряду исполнилось восемнадцать, но что из этого? Я ещё легко выхожу во двор и мне не нужно посторонней помощи, чтобы зайти обратно. Кстати, все полевые работы у нас закончены. Розы мы убрали с поля и аккуратно уложили в стога. Работники выкопали, просушили и засыпали в погреб картофель. Страховые агенты застраховали свиней и тягловых медведей от бескормицы...
Да... очень молода... Мила - ты же меня понимаешь, я знаю толк в женщинах. Во франко-прусскую воину (мы с тобой служили в гусарском полку, и пили за женщин стоя) - во франко-прусскую воину, Фрагонар, ты помнишь этих хохотушек из Трансильвании?.. Агидель, моя Агидель - это милое, славное создание.
Сразу после свадьбы (кстати, власти и органы не чинили нам по поводу бракосочетания никаких препятствий - так, одни насмешки) - сразу после свадьбы я привёл её к себе в комнату, в нашу супружескую спальню и упал на колени перед моей уже Венерой. После того, как я осыпал поцелуями всё, до чего мог достигнуть, благодаря скрепившему наш союз документу о браке, шаловливая мысль проникла ко мне в сознание.
Дело в том, что упасть на колени мне не составило большого труда, но, когда возникла необходимость переменить позицию, члены отказались повиноваться мне.
Да, я забыл тебе сказать, ты знаешь, сейчас сентябрь, а я очень серьёзно отношусь к работам, которые ежегодно проводятся в нашем саду. Мы срезали и уложили в тюки все розы, заштабелевали в погребах картофель, застраховали всех наших мышей и выездных кошек. А, когда Агидель вопросительно на меня взглянула, я непринуждённо ухватился за стул и с лёгкостью себя восстановил.
Любезный Фрагонар, эти объятия, эти поцелуи отнимают столько сил! Я не задумывался об этом, а последние десять лет и вовсе пролежал в гипсе, кто мог предположить, что обстоятельства в нашем теле могут так перемениться? Я умел обнимать женщин. И силы прибывали во мне с каждым поцелуем. Помнишь, когда мы усмиряли мятеж в Саксонии? Эти пленные турчанки...