Молча, почти бегом, мы добрались до моего временного логова. Начальство обещало служебную квартиру, а до того гостиницу. Но я решил приехать заранее, «нелегально», чтоб перед тем, как за каждым моим шагом начнут следить, как биологи за лабораторной мышью, получше узнать местные нравы и порядки.
И первое открытие – квартиру можно снять без всяких документов и неудобных вопросов. Хозяйке я представился бизнесменом, который планирует открыть сеть магазинов с полуфабрикатами. Дешевыми, за счет оборота, и качественными. Поверила она или нет, меня не волновало. Скорей всего нет, потому что, как я ни старался, цепкий взгляд опера меня выдавал. Это еще по молодости, работая под прикрытием, я без труда вживался в роли криминальных элементов. Приходилось даже с бомжами тусоваться. А потом заваливаться домой, скинуть на пол «прикид», давать маме задание.
- Ма, все на мусорку и пол продецинфицировать.
Она только качала головой, смирившись с тем, что сын ходит по краю. Знала, что меня не переупрямить. Она приняла мой выбор. Ни словом, ни взглядом не укоряла за то, что приходилось пачками поедать успокоительное. Только облегченно вздыхала, когда я возвращался домой живой, и часто невредимый. Когда с «прикрытием» завязал, жизнь перестала походить на пороховую бочку, к которой тянется зажженный фитиль.
Сейчас все. Потребность в лицедействе отпала. Берите меня целиком, открытого и не склонного к компромиссам. Северцева Игоря Петровича. Грозу бандитов и занозу в начальственных задницах – Севера.
Второе открытие – кажется, мне не удастся безмятежно провести отведенные на отдых две недели. Нужно найти мерзавца, вынудившего меня нырять в ледяную воду.
- Ванная справа, - задал я направление трясущейся незнакомке, как только мы переступили порог. Спасибо, эта колючка не стала спорить, отнимая последние крохи терпения, и молча шмыгнула в ванную.
Я уже переоделся в сухое и для «сугреву» налил себе «Наполеона», честно выигранного в споре с Лехой. Выдержал пару минут, давая благородному напитку открыться.
Потом вспомнил, что не дал девчонке сухой одежды. Халата в ванной, как принято у большинства, я не держал. Вытерся наскоро, натянул домашние штаны и весь релакс. А с этой станется ещё после горячего душа напялить на себя мокрую одежду.
Пришлось подниматься и искать спортивный костюм из хэбэшки.
Осторожно постучал, чтоб не перепугать дикарку.
- Возьми переодеться.
- Зачем?
Началось... Терпение, Север. Терпение.
- Если ты хочешь выйти из ванной голышом, то я против. Малолетками не интересуюсь.
Мне показалось, что я услышал возмущённое сопение, и невольно заулыбался. Хоть позлил немного эту козявку, и то хорошо. Надо ж какой -то бонус от купания в «не сезон» получить.
- Я только немного одежду посушу на батарее..., - не ответив на провокацию, она опять взялась за своё "я сама". Тоже мне, сама - "само"чка. Пришедший в голову перл филологии окончательно меня удовлетворил.
- Наденешь мокрую одежду и выйдешь на улицу, чтоб тебя хорошенько продуло холодным ветром? Тогда опять вопрос: зачем я тебя вытаскивал? Открывай дверь и не делай мне больную голову. Закинем в стиралку на режим полоскания и сушки. И я тебя выпровожу с превеликим удовольствием!
Портос, притопавший следом, наклонил голову и укоризненно посмотрел на меня, пуская слюни. Подозреваю, что мой крепыш тяготеет к женскому полу. Не хватает его царской морде ласки и внимания.
- Что? Она тебе понравилась? - спросил, совсем забыв, что за хлипкой дверью находится девица, у которой в голове черти что творится. И тут же, в подтверждение моих мыслей, тихо щелкнула задвижка.
Мать моей собаки!
- Если, что , я разговаривал со своим псом. Он тебя из-под стула разглядывал. И он тоже не ест глупых девчонок. Он маленький. Портос, подтверди!
Пёс недоуменно посмотрел на меня, и я его понял. Как истинный аристократ, он не имел привычки лаять без дела. Исключительно в случае крайней необходимости. Я развёл руками.
- Надо. Голос!
Толстячок лениво гавкнул.
- Всё? Довольна? Это французский бульдог, если ты там успела уже себе что-то надумать. Бери одежду и дай возможность отдохнуть от необходимости тебя уговаривать.
После недолгой заминки дверь открылась и тонкая ручка высунулась наружу .
- Давайте. Только у меня сейчас денег нет. Но я отдам, сколько скажете.
Сунув ей одежду, я озадачился.
Где ж так нагрешил?! Определённо, она послана мне в наказание!
- Беру натурой! - потеряв едва наметившийся дзен, рявкнул я. И пока она не упала в обморок, добавил: - Неделю посуду будешь у меня мыть и полы!
- Хорошо, - коротко ответила девчонка, и я выдохнул. Поистине, добрые дела наказуемы. Сделал, приготовься к отдаче.
И сейчас, кажется, придётся её ещё и на ночь оставлять - пока одежда высохнет, окончательно стемнеет. Думай потом, добралась она или нет. Да и чтобы вытрясти из нее причину происшествия, думаю, придется потратить время.