Вдох-выдох... Спокойно, Север. Ты ж хотел инкогнито. Без документов. Без "свечения". Получи! И откуда она узнала, что у меня гостья?! И часа не прошло. Насколько я понял, живет она не в этом доме. Соседи донесли?! Шерлок бы обзавидовался такой агентурной сети…
- Что, простите? - я понял, что углубился в раздумья и потерял нить разговора. Вернее, обличительного монолога хозяйки. От эмоций лицо Марты Петровны пошло пятнами. Бог не дай, ещё гипертонический криз случится. Можно, конечно, припугнуть налоговой, но сам виноват. Я же агакнул, когда она озвучила требование - не водить женщин. Я и не собирался. Так что формально она права.
- Я закрыла глаза на то, что пёс может испортить обстановку. Но разврата я не потреплю! Я сорок лет проработала в отделе кадров..., - пафосно заявила она, стряхивая с зонта воду. И не поленилась в такую погоду примчаться. Да так быстро! Может, у подъезда метла припаркована?! Это многое б объяснило.
- Искренне восхищаюсь, - поспешил я сгладить острые углы, ясно замаячившие в наших отношениях. Хотя я, наивный, полагал, что они будут сведены к минимуму. И углы, и сами отношения. - Знаете, я безмерно уважаю людей, которые много лет трудятся на одном месте. Это говорит об их честности, порядочности, высоком профессионализме!
Кажется, я переборщил с патетикой. Юна, до того пытавшаяся слиться с обивкой дивана, едва сдерживала улыбку. К счастью, Марта Сергеевна не уловила фальши в моих словах и буквально засияла.
- Коньячку хотите? - спросил я для завершения мирных переговоров.
Марта Петровна несколько секунд колебалась, выбирая между возможностью покомандовать и перспективой получить удовольствие. И чтобы подтолкнуть её к правильному решению, уточнил.
- Наполеон. Настоящий.
- А давайте! - махнула она рукой на свои принципы. Теперь главное выпроводить её раньше, чем она начнёт рассказывать про свою молодость и про то, как она «ни-ни» до свадьбы.
- Это моя племянница, - сказал я, кивнув в сторону Юны. - Ей понадобилась моя помощь, и она не пьёт.
- Ну значит, хорошая девочка. Не то что другие. Пьют, курят, матом ругаются! А вот на Евровидении так вообще страсти господни!
Так вот оно чо! Моей хозяйке только б языком с кем зацепиться! Видать, в этих делах собаку съела. Вон сразу кинковую тему подбрасывает, не обсудить которую может только труп. И надо было срочно переводить диалог в нужное для меня русло. А именно – быстрей ее спровадить, не вызывая разрушительных последствий.
- Марта Петровна! Зря вы телевизор смотрите!
И прежде чем наша Фрекенбок только открыла рот, чтоб вставить своё веское слово, а я уже протянул ей рюмку с янтарным эликсиром хорошего настроения и дольку лимона на вилке. Старушка благодарно приняла подношение, ожидаемо сморщивщись и тряхнув головой.
- Ох, - довольно выдохнула она. – Хорошо!
- Между первой и второй перерывчик небольшой, - с натянутой улыбкой я уже снова взялся за бутылку. Если рот занят, он говорить не будет. Мне хватило таких бдительных старушек, которые со свидетельскими показаниями пытались научить меня жить, осудить нынешнее поколение и современное воспитание. Приходилось изворачиваться, чтоб и не огорчить их, и себе душевную травму не нанести.
Я посчитал, что три рюмки будет достаточно, чтоб довести пожилую леди до кондиции, и подсунув ей бутерброд, налил третью.
И как только дама повеселела, я перешел в атаку.
- Марта Петровна, а вы где живете? Поздно уже. Я вам такси вызову!
- Ясеневая семь, квартира 15, второй этаж, - тут же бодро отрапортовала дама, как ребенок, которому родители вбили адрес в голову, чтоб не потерялся.
- Чудненько!
Быстро забив информацию в приложение, облегченно вздохнул – несмотря на непогоду, такси не придется ждать полчаса – обещались прибыть в течение пяти минут. Как раз хватит, чтоб вывести даму на крыльцо и любезно усадить в автомобиль. И не совсем гостеприимно озвучил свое предложение.
- Марта Петровна, я вызвал такси. Пойдемте, провожу вас.
Я взял ее за руку и даже галантно клюнул в сухонькую кисть губами, чем неимоверно растрогал сердце скучающей старушки.
Повинуясь моему природному и выработанному «магнетизму», она послушно встала и, как зачарованная, проследовала за мной, будто у меня была волшебная дудочка Крысолова.