Я снова пригвоздил её взглядом, давая понять, что ответа всё равно добьюсь.
Краска медленно залила её лицо, делая похожей на отличницу, которую поймали за списыванием.
- Мы с ним встречались. Если можно так называть. Без интима, - она почему-то поспешила оправдаться.
Непроизвольно моя бровь взлетела вверх. На дорогом байке парень вряд ли будет читать стихи при Луне, аки Пьеро. Насмотрелся мажоров до тошноты. Не та порода, чтоб о духовной пище думать.
Но странное дело... Почему-то я ей поверил. Скорей всего, она ему нужна была по какой-то другой причине. А вот он ей?
И черт бы меня побрал, если я не почувствовал неприятный укол. Будто кто посягнул на моё. Надо быстрей выпроваживать гостью, от греха подальше.
Имя подлеца, столкнувшего её в воду, боюсь, она и под пытками не выдаст. Может, опасается последствий. Значит, надо копнуть сразу и найти, за что его нахлобучить, чтоб мало не показалось. М-да... А мне Самсоныч говорил, что я брюхо отъем на управленческой работе. По ходу, покой мне будет только сниться.
- Так девонька. Завтра приходишь в управление и пишешь заявление. И прямо сейчас говоришь мне, кто этот говнюк. Обещаю. Прежде чем найду компромат на него весом лет на пять, твоё имя никак не будет фигурировать.
Юна бросила на меня такой взгляд, что я чуть не задохнулся. Под ложечкой вдруг образовалась пугающая пустота. Словно летел вниз на американских горках.
Уверен, открой я сейчас рот, чтоб что-то сказать, и из него вылетит воронье карканье. А прочищать горло покашливанием- это уж совсем для пацанов.
Чтоб не выдать себя, я отхлебнул кофе и молча вырвал листок из мини блокнота с холодильника. В таких рачительные хозяйки записывают всякую всячину. Что купить, что выбросить... Протянул ей вместе с ручкой все из того же комплекта и подарил ответный выразительный взгляд.
Юная партизанка ожидаемо его не выдержала и отвела глаза.
В нерешительности прикусила губу. И опять это получилось у нее так сексуально, что мне захотелось встать под холодный душ.
- Так вы из полиции? – тихо спросила она, и совсем не понятно было, чего в нем больше: страха или надежды.
- А какой ответ бы тебя больше устроил? – применил хитрость «вопросом на вопрос».
- Если вы скажете, что забудете обо всем, - упрямо поджав губы, произнесла она.
- Прикинь, а меня такой ответ не устроит, - начал злиться я.
- Тогда можно я пойду домой? – девчонка решила окончательно выбесить меня, лишь бы я отстал от нее. Но получила обратный эффект. Я не собирался отставать. Впервые за долгие годы я вдруг почувствовал, что хочу разбавить свое одиночество. Хочу защищать и оберегать эту упрямицу. И это откровенно пугало.
- Ладно, - притворно согласился я. – Сейчас доем и отвезу тебя домой.
Глаза Юны снова распахнулись, глядя с испугом и каким-то отчаянием.
- Если можно мне вызвать такси, как Марте Петровне? Я верну деньги!
- Нельзя, - рявкнул я, вызвав недовольное сопение Портоса. – Сейчас помоешь посуду, и можешь считать, что оплатила такси. И кстати. Как ты в квартиру попадешь, если ключи с сумкой утонули?
- У соседки есть запасные.
Я, конечно, мог бы помыть и сам – две тарелки вообще не проблема. Но мне приятно было смотреть, как Юна шуршит на моей, хоть и временной кухне. К черту отпуск. Срочно в работу. Иначе докачусь до того, что захочу видеть ее здесь постоянно.