Джулиан посмотрел на меня, вопросительно приподняв бровь. В его взгляде читалась явная настороженность.
– Конечно, – ответила я, прежде чем успела осмыслить ситуацию.
Нищий уселся напротив нас с такой лёгкостью, словно был старым знакомым, и обвёл взглядом паб, как будто проверяя, не опасно ли здесь. Его плащ, насквозь мокрый, блестел в свете ламп, но он, казалось, не замечал этого.
– Ах, завтрак, – протянул он с мечтательной улыбкой. – Ничто так не утоляет голод, как классический английский завтрак.
– Ваши вкусы неожиданно традиционны, – заметил Джулиан, скрестив руки на груди. Его голос был спокойным, но в нём звучала настороженность.
– Традиции – это фундамент, – отозвался нищий, подмигнув мне. – Даже если их время давно ушло.
Официантка подошла, и он заказал: бекон, сосиски, фасоль, жареные грибы, хлеб и крепкий чай.
– Прямо как ты, – шутливо заметила я, глядя на Джулиана, который всё ещё напряжённо следил за нашим гостем.
– Британская классика, – ответил он с тонкой усмешкой.
Когда еду принесли, нищий принялся за неё с таким энтузиазмом, что я не смогла сдержать улыбку. Но внезапно он поднял глаза, и его взгляд, полный загадок, пронзил меня.
– Анна, – произнёс он мягко, почти нежно, – ты когда-нибудь задумывалась, почему тебя так привлекает история?
Я растерялась, вилкой ковыряя в тарелке.
– История привлекает многих, – уклончиво ответила я.
– А тебя – особенно, – продолжил он. – Разве это не странно?
– Что вы хотите этим сказать?Джулиан чуть подался вперёд, его голос стал напряжённым:
Нищий улыбнулся, но его глаза оставались серьёзными.
– Некоторые люди не просто изучают историю, – сказал он, – они её часть. Порой – важная часть.
– Вы говорите загадками, – пробормотал Джулиан, его взгляд стал резким.
– А разве Шекспир не говорил загадками? – с лёгким вызовом ответил нищий.
В этот момент он достал из сумки свёрток. Ткань была тёмной, почти чёрной, и, разворачивая её, он смотрел прямо на меня. Внутри оказался старинный пергамент с рисунками, похожими на те, что мы видели раньше: розы, круги, звёзды.
– Это карта, – сказал он, положив её на стол.
– Карта? – переспросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
– Скорее, путеводитель, – поправил он, проведя пальцем по одной из линий. – Коттедж Энн Хэтэуэй, городская библиотека, ферма Мэри Арден…
– И Холл Холикрофт, – добавил Джулиан, его голос стал тихим, но напряжённым.
– Именно, – нищий кивнул.
– Что всё это значит? – Джулиан внимательно рассматривал карту, его руки едва касались её краёв, как будто это был древний артефакт.
– Это значит, что вы на правильном пути, – отозвался нищий. – Но времени у вас мало.
– Почему вы нам помогаете?
Джулиан выпрямился, его взгляд стал твёрдым.
– Потому что вы единственные, кто может сделать это правильно.
Нищий задумчиво посмотрел на него, затем на меня.
– Ну что, мои прекрасные Ромео и Джульетта, готовы к приключениям?Он встал, отряхивая руки, и с улыбкой посмотрел на нас.
– Мы готовы к ответам, а не к играм.
Джулиан поднял бровь, его взгляд стал насмешливым.
– Ответы придут, профессор. Но сначала найдите время. Потому что против времени никто не устоит, – произнёс нищий с той странной серьёзностью, которая всегда оставляла ощущение недосказанности. – Даже вы, профессор.
– Тогда, думаю, нам стоит поторопиться.
Джулиан откинулся на спинку стула, и в его глазах мелькнула та загадочная глубина, которая всегда вызывала во мне трепет.
Когда нищий ушёл, оставив после себя запах дождя, мы с Джулианом ещё несколько минут молчали. Я коснулась его руки, и он, к моему удивлению, не убрал её.
– Ты как?
Джулиан посмотрел на меня, и его взгляд смягчился.
– Готова, если ты рядом.
Я вздохнула, чувствуя, как странная смесь страха и восторга охватывает меня.
Путь розы
День начинался туманно, словно сама природа решала, скрыть ли от нас свои тайны. Мы шли по узкой дорожке, обсаженной яблонями, мимо заборов, увитых плющом. Коттедж Энн Хэтэуэй появился перед нами внезапно, как видение из прошлого. Дом выглядел так, будто время обошло его стороной: шершавые белые стены, деревянный каркас, крыша с соломенной кровлей. Воздух был свежим, пахнул мокрой землёй и далёкими кострами – осень здесь казалась почти материальной.
– Ты знала, что этот дом принадлежал её семье больше трёхсот лет? – спросил Джулиан, указывая на коттедж. Его голос был мягким, но в нём звучал неподдельный интерес.