Выбрать главу

— Внезапная необходимость провести инспекцию, — парировал Вадим, переступая порог. Его взгляд был холодным сканером. — Ноутбук забрал?

Стас растерялся, как школьник, пойманный на списывании.

— Да… она же… лежала…

— Я вроде бы просил следить, — голос Вадима стал тише, но от этого только весомее.

— Так я и слежу! — заверил Стас, но уже без прежней уверенности. — Всё чинно. Ксюша с ней.

Уголок губ Вадима дрогнул в беззвучной усмешке.

— Ну, держись, Багинская, — бросил он почти ласково и уверенно зашагал наверх.


Он не стал стучать. Просто открыл дверь.

Картина была маслом. Я полулежала на кровати, ноутбук на коленях, пальцы мелькали по клавиатуре. Ксюша что-то оживлённо жевала, сидя рядом. Увидев его, я ахнула и швырнула ноутбук на одеяло, будто это была граната. Ксюша вскочила, вытянувшись в струнку.

— Здравствуйте, Вадим Юрьевич!


В дверном проёме, за широкой спиной Вадима, возникло осунувшееся лицо Стаса.

— Выйдите, пожалуйста, — сказал Вадим ровным тоном, не оставляющим места для дискуссий. Ксюша и Стас проскользнули мимо, как тени.


Дверь закрылась. Вадим медленно прошёл вглубь комнаты, сел на край кровати рядом со мной и поднял ноутбук. Экран всё ещё светился рабочим чатом.

— Ну что, солнышко? — спросил он с преувеличенной нежностью. — Отдыхаешь? Аудиокнижку слушаешь? Название интересное: «Срочные отчеты и как их заставлять делать других».


Я поняла, что игра проиграна. Прятаться было некуда.

— Ладно, — сдалась я, опуская голову. — Работала. Не могла просто так.

— Конечно, не могла, — кивнул он, и в его глазах вспыхнули знакомые искры — смесь раздражения, восхищения и чистой, неподдельной потехи. — Потому что ты — прирожденный диктатор. Даже на больничной койке тебе нужно кем-то командовать. Это диагноз, Сашенька. И прогноз неутешительный.

Он встал.

— А теперь поднимайся. Пойдём.

— Куда? — спросила я с опаской.

— Пойдём.


Я, как пленница, поплелась за ним вниз. В гостиной на диване сидел Стас, всем видом изображая невинность. Вадим остановился перед ним.

— Блестящая работа по присмотру, Станислав, — произнёс он с убийственной вежливостью. — Прямо хрестоматийный пример. Особенно впечатлил эпизод с конфискацией техники. Очень убедительно.


Стас бросил на меня взгляд, полный немого: «Ну ты и падла!»

Вадим устроился в кресле. Он не злился. Ситуация, видимо, казалась ему настолько гротескной и типично «сашиной», что больше забавляла.

— Знаешь в чём твоя главная проблема, Багинская? — спросил он, глядя на меня. — Ты слишком хороший боец. Даже когда тебя вывели из строя, ты из последних сил ползешь на поле боя с ноутбуком вместо автомата. Это… восхищает.


Затем он перевёл взгляд на Стаса.

— Кстати, завтра у нас в холдинге новогодний корпоратив. И я хочу обсудить с тобой, как с ответственным лицом, в мое отсутствие, вопрос: стоит ли её туда брать. Учитывая её сегодняшние… успехи в области тайного управления.


Услышав хоть что-то, отдалённо напоминающее развлечение, я оживилась. Не раздумывая, я подошла к Вадиму и устроилась у него на коленях, обвив руками его шею. Он не стал меня отталкивать. Наоборот, одна его рука легла мне на поясницу, другая принялась медленно, властно гладить меня по спине, время от времени опускаясь на попу и слегка сжимая её — и в наказание, и в напоминание о том, чья я.

— Я могу вести себя хорошо, — заявила я, прижимаясь к нему.

— Когда спишь зубами к стенке, разве что.— фыркнул Стас, наблюдая за нами.


Вадим же, не обращая внимания на моё присутствие, продолжил разговор со Стасом, будто я была просто живой, тёплой подушкой на его коленях.

— Так вот, Стас. Аргумент «за»: она будет у меня на виду. Аргумент «против»: она — это она. Что выкинет - одному богу известно.

— Я же буду под присмотром! — вставила я.

— Ты под присмотром была последние два часа, и чем это закончилось? — парировал Вадим, шлёпая меня слегка по бедру. — Будь добра, помолчи.


Они принялись обсуждать меня, как сложный, но интересный актив. Вадим, не переставая гладить меня, вёл дискуссию с убийственной логикой.


— Ограничить доступ к алкоголю. Только с твоего разрешения.— придумал Стас.

— Это само собой.


В конце концов, после нескольких моих попыток вмешаться, которые Вадим гасил либо шлепком, либо тем, что прижимал меня к себе так, что я не могла пошевелиться, они сошлись на вердикте.

— Ладно, — вздохнул Вадим, наконец глядя на меня, а не сквозь меня. — Ты идёшь. Но: ты не отходишь от меня дальше, чем на три метра. Ты не пьёшь ничего крепче шампанского, и то — один бокал. И ты… — он притянул меня так близко, что наши губы почти соприкоснулись, — будешь вести себя как украшение, а не как полевой командир. Поняла?