Патрульные бросились в гущу, орудуя жезлами. Затрещали молнии, и толпа обратилась в бегство. Рик был в первых рядах карателей. Он безжалостно пускал заряды в каждого, кто попадался на пути, неважно, взрослый это или старик, мужчина или женщина. Все стерлось; он выполнял работу. Он только слышал крики, стоны и ругательства.
«Подонок!» - в лицо полетел плевок.
«Мрази! Жрете там наверху от пуза!»
«Чтоб вас взяла пропасть!»
«Дайте хлеба! Дайте!»
Патрульные оттеснили дерущихся к стенам. К этому времени беспорядок был подавлен.
- Стоять! - скомандовал Ивон.
Рик вздрогнул, отгоняя воспоминание.
Отряд замер. Пятеро бойцов вслушивались в хрупкую тишину Пространства. Тянулось время. Не происходило ничего. Пространство отзывалось тихими скрипами, отдаленной капелью и завыванием ветра. Этот коридор был хорошо исследован и отмечен на карте. Но Пространство коварно и всегда готово застать человека врасплох. Год назад почти у самого барьера на такой же отряд напала стая ночных ползунов - мерзких человекоподобных тварей, способных непостижимом образом перемещаться по вертикальным стенам и проникать в самые немыслимые щели из-за своей худобы. Рик видел ползуна только один раз, и то мертвого. Отвратительное зрелище.
- Кажется, тихо. Идем. - Ивон двинулся дальше. Отряд последовал за ним.
Этот коридор был лучевым и тянулся параллельно барьеру сектора Коммуны. На стенах виднелись метки предыдущих патрульных. Но кроме них поверхность коридора изобиловала всевозможными письменами и символами, нанесенными когда-то давно неведомыми человеку силами. Хоть читать никто не умел, Рик старательно запоминал каждый знак, подсчитывал, сколько раз повторяется и как часто сочетается с другими, находил закономерные последовательности, но старался особо не показывать вида, чем интересуется на самом деле, чтобы другие патрульные не заметили.
Раньше Рик, как и все работяги, думал, что Коммуна имеет в Пространстве форму сферы, но это оказалось не так. Сектор Коммуны скорее напоминал кусок пирога, с широким краем в одной стороне и узким - в другой. Сектор имел пятьдесят уровней, соединенных между собой лестницами и вертикальными шахтами. На тридцатом уровне находился главный коридор, именуемый магистралью. Там же располагалась площадь - большое помещение высотой в пять уровней, где обсуждались все важнейшие вопросы в жизни Коммуны. За площадью магистраль пересекал другой коридор, выгибавшийся дугой и являвшийся частью большой трассы Круга Жизни, уходящей в Пространство с одного конца сектора и замыкающейся с другой стороны. Именно по этой трассе люди Коммуны совершают Весенний Бег.
Еще один малый дуговой коридор, пересекал сектор перед площадью. Таких магистралей и трасс было не по одной, а по пять - каждая на десять уровней сектора, словно ребро, отходящее от хребта. Таким образом, пять круговых коридоров имели десять выходов с обоих концов. Это число надо умножить на два, учитывая выходы с малых дуговых коридоров. Итого - двадцать. К ним добавлялись еще пять центральных выходов лучевых коридоров. Правда, четыре из них запечатаны давным-давно. Но все это казалось мелочью в сравнении с огромным числом боковых, вспомогательных и прочих проходов, лазов и лазеек, которыми испещрены уровни сектора, особенно на краю Круга Жизни и возле Хорды.
Хотя большинство наглухо законопачены, требовались серьезные усилия, чтобы охранять еще открытые. Кроме того, нужно следить за прилегающими к барьеру коридорами, чтобы быть готовым к внезапной атаке или аварии. Всем этим и занимался внешний Патруль.
Отряд дошел до пересечения коридора с другим, поменьше.