— Что? Чего тут такого уж привлекательного? — Снайдер с любопытством смотрел на шведку.
— Вы, мужчины, никогда не видите того, что лежит на поверхности, — она засмеялась.
— Ну-ну, — пробормотал Уэйн Снайдер.
— Три месяца назад у меня под микроскопом лежала другая кость. Маленькие кружочки на той кости я тоже видела… Здесь эти кружочки — с разломами. Это бросается в глаза. — Она показала Снайдеру и Крису две распечатки, тыча пальцем в разные места на картинках.
Снайдер пристально вгляделся в те места, которые она указала.
— Ты права, — сказал Снайдер через некоторое время. — Разломаны, разорваны, разомкнуты. Верно.
— Практически все, — сказала Джесмин Пирссон. — А у той, другой кости такого не было.
Крис услышал в ее голосе задумчивые нотки. Это звучало так, будто она в чем-то сомневалась.
— Ту кость, трехмесячной давности, мы исследовали для судебно-медицинского института. Их собственный прибор сломался, а запасные части вовремя не подоспели. Я тогда разговаривала с судебным медиком, пока он разглядывал картинки на мониторе.
— Да, и что? — нетерпеливо буркнул Снайдер. — Какое это имеет значение, если имеет вообще?
— Судебный медик тогда сказал, что остеоны тоже могут быть отправной точкой для определения возраста человека. У молодых людей остеоны целые.
— Так… Дальше.
— Чем старше живое существо, тем больше их разрушено. Здесь надтреснуты практически все. Если верно то, что мне сказал судебный медик, то эта кость старая. — Она склонила голову набок и прислушалась к собственному голосу. Затем подняла глаза: — Очень старая.
Часть третья Открытие
Библейский бог — также и бог человеческого генома
Френсис Коллинз, руководитель проекта генома человекаГлава 14
Вилкабамба, Эквадор
Понедельник
— Что его манит сюда, дьявол его побери? — Зоя Перселл с отвращением ощупала простую, жесткую лежанку и в ужасе огляделась. Маленький шкаф, стол и два жестких стула — все из грубой древесины.
Зое было лет сорок пять, и она руководила финансами Тайсэби, одного из быстрорастущих фармакологических предприятий. Ее смоляные волосы были острижены до плеч и обрамляли треугольное, сдержанно подкрашенное лицо с мягкими чертами и темно-зелеными глазами. Она была изящна, носила обычно темные костюмы со светлыми блузками и чувствовала себя не в своей тарелке в теперешней одежде, состоящей из джинсов и майки.
Важнейшей задачей ее как шефа финансовой службы было непрерывное продвижение акций Тайсэби. Однако в настоящий момент об этом не могло быть и речи. Через несколько минут ей предстояло оправдываться перед председателем совета директоров компании Хэнком Торнтеном.
— Это истинный мир Хэнка, — сказал Нед Бейкер, стоя в открытых дверях и забавляясь ее реакцией. — Хэнк — ученый и не терпит никакого комфорта на своей исследовательской станции.
Нед Бейкер обладал мягкими чертами лица и умными глазами, был среднего роста, бегал каждый день по десять километров и работал генетиком. Она наняла его когда-то в качестве научного консультанта, чтобы в профессиональных вопросах ей не приходилось полагаться на одно лишь «нутряное» чутье.
Зоя Перселл, являясь специалистом по банковским инвестициям, знала мир финансовых жонглеров и венчурного капитала. А естественные науки — профессиональная территория Тайсэби — были для нее «черным ящиком». Тут она безнадежно подчинялась генеральному директору Эндрю Фолсому, который, как и председатель, был генетиком.
Она знала, что в должности генерального директора была бы лучше Фолсома. Хэнк должен был доверить ей эту должность. Однако председатель поставил на руководящий пост ученого, а не финансового эксперта. Пока. Но Зоя держала в рукаве козырного туза.
— Истинный мир — не смешите меня! — Она фыркнула. — Анализировать воду, фиксировать рост деревьев, драть мох и лишайник, копаться в помете летучих мышей в поисках непереваренных семян — и это председатель совета директоров концерна!
— Это наука, Зоя! — мягко ответил Нед Бейкер.
Они направились через дорогу к главному бараку.
— Что есть, то есть. Вилкабамба — «горячее» место, на котором произрастает необъяснимое множество растений. Нигде в мире старики не доживают до такого возраста, как здесь, некоторым уже далеко за сто. Поэтому ученые и пытаются понять, отчего это так.
— Ну ладно! — проворчала Зоя, поднимаясь на три невысоких ступеньки к входной двери барака. — Пожелайте мне удачи в битве, Нед!