Приятно, чего уж там. Нуждайся я в медицинской помощи, то наверняка выбрал бы это место! Не забывай только деньги отсыпать.
Хм, это кто, интересно, здесь так поработал? Грамотный дизайнер? Или кто вообще отвечает за подобную атрибутику и политику больницы? Сам руководитель? Хрен бы их знал…
В коридорах, с некоторым удивлением, заметил группу журналистов, которые сосредоточенно настраивали камеры, пока кто-то уже вёл общение с врачами и некоторыми пациентами, лежащими по палатам. Причём прямо вплотную к нужной мне, где лежала Герерро.
Думал было задержаться и посмотреть, но не захотел впустую тратить время, да и своих зевак здесь хватало. Несколько человек стояло чуть наособицу и наблюдало за происходящим. Парочка периодически проходила мимо, желая попасть в объектив.
Мысленно усмехнулся. Я-то точно в него попаду, ибо мне придётся в прямом смысле этого слова, подвинуть одного из их группы, чтобы попросту пройти в нужную палату.
Подходя ближе, поймал взгляд красивой блондинки, сидящей на диванчике и зависающей в телефоне, время от времени поглядывая на репортёров. Судя по виду, она откровенно скучала и очевидно кого-то ждала. Может, хотела навестить кого-то, у кого сейчас брали интервью?
Заметив, что она смотрит на меня, так же, как и я на неё, улыбнулся, подмигнул и пошёл дальше.
К этому моменту — ибо журналисты не стояли без дела — доступ в палату Эвелин перекрывало сразу несколько ребят с камерами, из съёмок которых потом будут нарезать единое видео, а потому, проходя мимо, невольно почувствовал себя одним из «участников» всего происходящего. Даже пришлось подвинуть одного оператора, указав, что пришёл навестить пациента.
Мужчина не стал лезть в бутылку, извинился, что загородил двери и послушно отодвинулся, давая мне дорогу.
Наконец-то! Зашёл внутрь и сразу заметил полицейскую, лежащую в кровати. Она моментально обратила на меня взгляд, улыбнулась и отложила планшет, который держала в руках. Успел заметить там какую-то игрушку, типа: «Три в ряд».
— Привет! — довольно махнул ей, протягивая цветы и конфеты. — Принёс небольшие подарочки. Куда пристроить?
— Привет, не ждала тебя, — указала на тумбу, на которой размещалась предусмотрительная ваза. — Действительно небольшие, по сравнению с тем, что уже сделал. И тебе повезло, что я в палате, где лежат выздоравливающие. Поэтому цветы здесь можно. А вот в других уже под запретом, ибо разные аллергии и всё такое.
— Хорошо, что у меня такой нет. И у тебя, судя по всему, — разместил букет в вазе, а конфеты сразу же вскрыл, цепляя одну из них. Эвелин тоже подорвалась, взяв себе сразу две. — А по остальному — не парься. Как и говорил, мне просто приятно было помочь. Ничего более.
— «Приятно помочь» — это подержать двери, когда я бы из них выходила! — эмоционально воскликнула она. — А ты привлёк самого Стрэнджа! Это же хирург с мировым именем! — создавалось ощущение, что её искренне возмутили мои действия.
— Да, мне что-то такое говорили, — хмыкнул я, забирая ещё одну конфету, а потом беру одноразовый стаканчик, подходя к кулеру. — Кстати, тебе вставать уже можно?
— Угу, — кивает Герерро. — Правда, пока не желательно. В общем, где-то два-три дня постельного режима, потом до конца недели полежу здесь, и всё. Выписываюсь.
— А дальше? — отпив глоток холодной воды, присел на её кровать, отодвинув одеяло. Под ним мелькнули её ноги, которые женщина убрала, освобождая мне место. — Сколько продлится больничный?
— Три месяца, — пожала она плечами. — Это срок реабилитации после операции по моему ранению. Вообще, он уже пошёл, но так как провели вторую операцию, то мне его продлили. Пока что я всё ещё формально являюсь представителем полиции Нью-Йорка, но… Не знаю, что будет дальше.
— Меня удивляет эта ситуация, — задумался над словами брюнетки. — То есть… создаётся ощущение, что из тебя хотят сделать какой-то пример, что-то и кому-то продемонстрировать.
— Знаешь, я за это время столько всего передумала, что абсолютно не удивлюсь, если так оно и есть. Теория не хуже иных других, — махнула она руками. — Но я не собираюсь об этом думать. Нет-нет. Если вылечу — так вылечу. Если нет — продолжу службу.
— Тебе нравится твоя работа? — поинтересовался я.
— Иначе бы не работала, — хмыкнула та в ответ. — Знаешь… да. Нравится. Но я не буду лить слёзы, если окажусь на улице. Бывших копов много где берут.
— В наёмники? — нахмурился. — Такая себе профессия.
Уж я-то знаю.
— Скорее, в Службу Безопасности разных корпораций, — улыбнулась она. — Может быть, окажусь под крылышком у Старка?