— Проклятый вор, получай! — кто-то больно ударил его по голове и хоть паучье чутьё дало сигнал заранее, из-за слабости Питер просто не сумел увернуться.
«Неужели я умру вот так? — с каким-то отчаянием подумал он. — Оказавшись подстреленным собственной полицией, а потом добитый охранником в своём же университете?»
Однако, это оказался не охранник.
— Матерь божья! — воскликнул знакомый голос и с трудом сфокусировав взгляд, Паркер рассмотрел профессора Коннорса. — Человек-Паук! Или фальшивка? — моментально задумался он.
С трудом собрав силы, Питер приподнял здоровую руку в сторону стены и выпустил короткий заряд паутины.
Громко воскликнув, однорукий мужчина приподнял парня, аккуратно прислонив его к стене, а потом профессионально осмотрел рану.
— Довольно серьёзная, но… — почесал подбородок, — пуля не ушла глубоко, я её вижу даже отсюда. У тебя на удивление крепкие кости. И мышцы.
— Я ведь мета, — едва заметно ухмыльнулся Паркер.
— Инструменты ты подобрал правильные, — Коннорс не обратил на эти слова никакого внимания, — а теперь давай, я помогу. Не бойся, что нет руки, я был хирургом и провёл сотни таких операций.
Питер лишь кивнул. Он был слишком слаб и, получив по голове, совершенно растерял последние крохи сил.
Процедура не заняла и получаса. Профессор был профессионалом, так что сделал всё быстро и чисто, плевать, что был однорук.
— Не думали вернуться в медицину? — пошутил Паук. Он никогда бы не осмелился так говорить с ним в своём реальном амплуа, но сейчас… язык, как всегда, был без костей.
— Думал, но меня не возьмут, — слабо улыбнулся мужчина. — Калека не может проводить операции.
— Логично, — Паркер задрал голову, ощущая на лице маску. На какой-то миг он терял сознание, так что немного переживал за анонимность. Чего уж там, даже в ней он волновался, ведь столкнулся с человеком, который хорошо его знает! И пусть в маске Питера был установлен прибор изменения голоса, но…
— Каким образом ты вообще здесь оказался? — спросил Коннорс, а потом огляделся, быстро находя кровавые отпечатки на стекле. — Ах да, незакрывающееся окно…
— Мне повезло, что заметил его, — хмыкнул парень. — Я знаю этот университет, отчего понадеялся, что в лаборатории найду нужные инструменты. Никуда более уже не успевал. Слишком ослаб.
Юноша не стал признаваться, что от телестудии, где и получил рану, легко мог добраться чуть ли не до десятка больниц. Вот только их он не знал. А вот это место…
— Я могу подготовить тебе постель в соседней комнате, — выдал профессор. — Там есть диван и… — мужчина указал себе на лицо, — никто не посягнёт на твою анонимность.
— Почему помогаете? — выдавил из себя Паркер.
— Ты делаешь правильное дело, — пожал тот плечами. — Да, не слишком умело, — улыбнулся, — но старательно. Люди это видят и ценят. Я вижу и ценю.
— Спасибо, — прикрыл он глаза, которые странно защипало. Внезапно на парня навалилась целая гора проблем и боли. Усталости. Непонимания. Жизненных невзгод. Юноша откровенно запутался.
«Вначале родители. Потом дядя. Они умерли. Издевательства в школе. Поиск себя в науке. Предательство девушки, в которую влюбился, а потом и лучшего друга. Провальная попытка заработать. Суперогеройство, где всегда позади…» — всё это било его, иссушало, подтачивало уверенность в собственных возможностях.
Большая сила — большая ответственность, — появился перед его глазами дядя Бен. — Ты справишься Питер. Верь в себя и своих близких.
Простые как палка слова, заставили его собраться и выдохнуть.
«Ты прав, дядя, — Паркер нашёл в себе силы улыбнуться. — Я смог оправиться от всех неурядиц и проблем. Им не сломить меня, я знал на что шёл! Да, мне больно, но я мутант, раны заживут, даже не вспомню о них. А копы… после Эмпайр-стейт-билдинг, они явно стали очень нервными. Лучше узнать об этом вот так, чем понадеяться на их помощь в серьёзной ситуации и получить пулю в голову».
— Спасибо, профессор, — выдал парень, с трудом поднимаясь на ноги. — Но я откажусь.
— «Профессор»? — слегка улыбнулся он. — Так меня называют лишь ученики.
Поняв, что прокололся, Паук, тем не менее, попробовал зайти с другой стороны.
— Так не охранником же вы здесь работаете? — юноша выпрямился и покосился на бинты. Коннорс вынужден был разрезать часть его костюма, чтобы всё грамотно обработать и наложить повязку.