— Подъеду в течение часа, — выдал я, заканчивая разговор. Время выдвигаться.
* * *
— Как сигнал? — поинтересовался Октавиус, поправляя очки. В машину, надо сказать, Осьминог влез с некоторым трудом (из-за механических щупалец). Благо, что место здесь было много.
— Как и в последний час, — покосился на телефон, но там не было ни одного непрочитанного сообщения. — Новые координаты мне не отправляли, а значит, цель продолжает находиться в заброшенном подземном трамвайном депо, на границе Энглвуда.
— До чего же удобный у тебя «осведомитель», Фенрир, — фыркнул Шокер, в очередной раз поправляя собственные кастеты.
— Повезло, — почесал подбородок, прикидывая маршрут. Впервые был в этом районе, так что ориентировался по навигатору. — Застал бой Паука и Хобгоблина, а там… пошлó-поехало.
— Хм-м… — выдал Рино, крутя в руках планшет. По сравнению с этой серой горой, тот казался маленьким и прямо-таки игрушечным. — Все каналы забиты роликами о гибели «Альянса». Ничего интересного найти не могу.
— Ну извини, — хмыкнул на это. — Доктор Октавиус, быть может вы поможете Рино найти мультики?
— Я не тупой! — взревел Носорог, благо, что не подпрыгнул, а то от последнего машина бы ощутимо качнулась, как в прошлый раз. Собственно, тогда-то я и пригрозил, что нахер оторву его рог, если попробует сделать так снова.
Мне нравилась эта тачка и не хотелось её менять.
— Ладно-ладно, — отмахнулся от этих заявлений. — Ничего не поделать, до момента опровержения, новости будут гулять по интернету и газетам. Сегодня встречусь с Амбалом, — если он ещё жив, — а там организуем моё выступление. К этому моменту, — выставил палец, — желательно уже будет иметь новую команду.
— «Новую команду», — повторил Шокер. Мужчина был странно задумчив. Непохоже на него. — Знаешь, — неожиданно подался он вперёд, — сейчас, среди своих, я, пожалуй, могу высказаться на чистоту и как есть, — он посмотрел на Рино. — Убери телефон и выслушай. Даже тебе это будет полезно.
Серокожий гигант покосился на него, а потом на планшет, но всё-таки, с ворчанием, убрал его.
— Я, знаете ли, — Шокер закинул ногу на ногу, — не удивлён, что в «Альянсе» погибли все. Кроме тебя, Фенрир, — он посмотрел в зеркало заднего вида, столкнувшись со мной взглядом. — Потому что ты сильный. По настоящему сильный.
— Забыл про Мурену? — приподнял бровь.
— Руби Инграм, — хмыкнул он. — Нет. Не забыл. Но знаешь… — делает рукой неопределённый жест. — Женщины… Ха-ха-ха, — внезапно расхохотался, — уж простите, господа, но я не могу представить себе сильную женщину! По настоящему сильную! Назовите меня сексистом и вы будете правы, но прежде послушайте вот что, — его палец приподнялся вверх. — Женщина всегда была, есть и будет всего лишь продолжением мужчины. И она ни черта не стоит без него. Я никогда не скрывал, что презираю Мурену.
Решаю промолчать, давая мета-наёмнику слово. Потому что его речь явно не завершится на этой вот фразе.
Подмечаю, как блеснули очки Отто. Рино же просто хмурился. Осознаю, что он не настолько туп, как его выставляют, но интеллектом тоже не блещет. Хотя в своей сфере деятельности соображалка у него работает.
— Это не их вина, — продолжил Шокер, — что современная культура и СМИ выставляют женщин как сильных и независимых. Самостоятельных, — ехидно произнёс последнее слово. — Но на самом деле женщины сами стремятся к слабости, желают спрятаться за чужую спину. И мы, мужчины, видим это. Я не удивлён, что выжила лишь Инграм. Своей слабостью она купила себе жизнь. Новый Самурай пощадил её, не стал добивать. Хотел показать тебе, Фенрир, как она сломалась. Кто же мог предположить, что твоей силы хватит на вас двоих?
— Свою слабость они компенсируют хитростью, — произнёс на это Осьминог. — Женщины — коварство ваше имя, — процитировал Шекспира. — Такие как Харди — тому наглядный пример.
— Ты обещал не мстить, — встрял я.
— Обещал, — без особой радости согласился Октавиус. — Но и помогать не стану. Напротив, теперь их имя чётко ассоциируется у меня с подставой.
— Это можно, — хмыкнул в ответ. — Ассоциируй. А Фонд — слишком ценен и полезен, в перспективе, чтобы уничтожать его из-за спорных интересов. Ведь ты сам, — покосился на него, — признавал, что нарушил технику безопасности.
— Иначе не получил бы это! — с характерным акцентом, который прореза́лся у него во время волнений, Отто пошевелил стальными щупальцами.