— Жажда наживы не гарант отсутствия стремления к миру, справедливости и процветанию, — парировала Эмма, изящно приподняв бровь.
— Согласен, ты права, — мгновенно успокоился Себастьян. — Но разве подобная позиция не является некой мерой, что ставит этого человека на уровень выше таких понятий, как «добро» или «зло»? Не находишь это разделение на редкость глупым и детским? Лишь ребёнок может уверенно заявить про кого-то, что тот «плохой» или «хороший»!
— Однако, многие продолжают жить по этим правилам, даже в глубокой старости, — тонко улыбнулась блондинка, в полной уверенности, что их никто не перебьёт.
«Когда Шоу доходит до этой планки, в миллиметре замирая от „взрыва“, лишь я могу с ним общаться», — мысленно похвалила себя Фрост.
— Потому власть и находится у нас, — ещё более спокойно ответил «Чёрный Король», — у тех, кто видит дальше собственного носа. У зрячих. Мы способны зарабатывать деньги, мы способны менять политику стран, развязывать или прекращать войны, смещать диктаторов и президентов. Потому что можем подкрепить свои слова и силой, и финансами.
Себастьян выключил проектор, а потом оглядел собравшихся здесь людей. Высокомерно улыбнувшись, он продолжил:
— Даже сейчас мы, собравшиеся здесь, не равны. И эта пропасть будет шириться и увеличиваться. Как между всеми нами, так и между теми, кто не входит в это сообщество.
«Откровенно и самоуверенно. Ещё раз напомнил всем, что они лишь мусор под его ногами», — с лёгким оттенком негатива подумала Фрост.
— Зачем ты хочешь позвать сюда Фенрира? — молчаливый Азазель открыл рот и Эмма знала, что слова этого… — «Человека? Существа? Наверное скорее последнее… пусть будет им!» — существа, Шоу не сможет проигнорировать. Так и было.
— И правда, — но прежде чем он ответил, влезла Энджел. — Почему «Альянс»? Что, мало других героев или злодеев? Нет, я не против, он выглядит симпатично и достаточно силён, но чисто ради интереса…
«Наглядный пример скудости мысли, — „Белая Королева“ не позволила эмоциям проступить на лице. Себастьян только что говорил о „детскости“ понятий добра и зла, как Сальвадоре тут же начинает ими оперировать».
Благо, что приступ гневного раздражения успел пройти у Шоу, словно его и не было. Мужчина ответил сразу на все вопросы.
— Зариакс Максвелл — нейтральная фигура. Он точно не злодей, но и не герой, ведь открыто озвучивает, что занимается своей «работой» ради денег и популярности. А популярность, хе-хе, в свою очередь обеспечивает лишь ещё больше денег. То есть, всё связано. Можно назвать этого человека кем-то… «серым». Пусть будет так, чтобы было понятнее и проще, — махнул он рукой. — Фенрир уже начал создавать команду мета-людей, более того, продемонстрировал, что к нему стремятся другие мутанты. И подобное — серьёзный показатель! Его идеи нравятся остальным! Со временем он соберёт вокруг себя ещё больше мета. Тех, кто также как и сам Максвелл предпочитает «серость». Кто не желает с пеной у рта патрулировать город, наказывая воришек, но и не жалеющих самим грабить банки. То есть, — с улыбкой превосходства Себастьян обвёл взглядом своих подчинённых, — наиболее адекватных и разумных среди всего нашего вида.
Эмма вновь переглянулась с Азазелем. «Демон» аккуратно «постучал» в её разум и девушка отпустила защиту.
«Что думаешь?» — раздался его голос.
«Расширение нам не помешает, — нейтрально ответила блондинка. — Будет ещё один адекватный человек, который сможет затыкать поганый рот Яноша и ставить на место Сальвадоре».
«А с чего ты взяла, что Зариакс будет адекватным?» — смех Азазеля заставил её нахмуриться и прервать мыслесвязь.
Фрост отвернулась и подлила себе ещё вина, сама не заметив, как успела выпить предыдущее.
«Он что-то знает?» — задумалась Эмма, но лишь качнула головой. Ей не хотелось об этом думать.
— Вижу, у некоторых есть недопонимание, — Шоу прошёл вдоль дивана, заложив руки за спину. — Давайте по порядку. Пробудив свои силы, какой у мутанта становится выбор? — он внимательно посмотрел на Энджел, а потом перевёл взгляд на Фрост. — Жить как обыватель, скрывая их? Притворяться, что является обычным человеком?
И мужчина не зря выделил именно их, ведь обе так и делали. Впрочем, продолжают делать и сейчас. Притворяться.
— Что будет, когда мета решит, что хочет большего? — Себастьян приподнял бровь. — Что хочет использовать силы, а не закапывать свой талант в землю?
— Попадёт в поле зрения правительства и «исчезнет» в закрытых лабораториях, — ухмыльнулся Риптайд.