Каков итог? Татуированные автоматчики спешно бегали по помещениям, периодически охреневая от обилия крови (вампирская магия, что тут поделать?), громко орали (в основном на своём языке), добивали выживших, снимали с них драгоценности и, почему-то, осматривали женщин. Решили поразвлечься? А времени-то хватит?
Последнее заставило приподнять голову и покоситься в сторону Фрост, которая была жива и всё ещё находилась под барьером. Острое зрение позволило понять, что женщина внутри может шевелить лишь глазами, но этого хватает. Она с явным интересом следила за моими действиями. Отчего-то это вызвало лишь вздох.
Однако, Эмма быстро перевела внимание, как только татуированные латиносы её обнаружили. Мужчины заорали, замахали руками, а потом открыли по ней огонь. Один, второй, третий… Вот уже шестеро человек вели одновременный обстрел, не желая патронов, отчего стала заметна хорошая такая трещина, образовавшаяся на защитной плёнке.
Грохот стоял такой, что закладывало уши (во всяком случае, у меня было такое ощущение), однако помещение тоже было немаленьким, отчего люди не глохли, умудряясь продолжать поддерживать темп стрельбы, время от времени меняя магазины.
Правда, в этот миг произошёл небольшой прикол. Рикошет попал одному из автоматчиков прямо в бедро, заставляя мужика визгливо заорать, падая на пол. А я всё думал, долго ли им будет сопутствовать удача?..
Подобное событие вызвало новую порцию ругани, но вместе с тем давало мне шанс. В шуме и гаме оказалось несложно добраться до автоматчика, не участвующего в общем веселье и стоящем немного позади. Он нервно осматривался вокруг и периодически сверялся с часами на руке. Ожидает копов? Логично, что хоть кто-то да успел их вызвать!
— Но тебе это не поможет, — открыто произнёс я, выскакивая перед ним и умелым ударом в солнечное сплетение заставляя согнуться и захрипеть. Дальше просто сворачиваю ему шею, закидывая тело под стол. По инерции оглядев свои вещи, осознаю, что весь испачкан в крови, которой был измазан пол. «Серп» вампиров разрезал людей на части, а в каждом из них порядка четырёх-пяти литров крови, и пусть он впитал какую-то их часть, но… Остатка хватило. Посетителей же тут было изрядно. Как упоминал ранее: свободных мест не было. Вот и итог.
Разобравшись с первым латиносом, я зря посчитал себя скрытным ниндзя. Мой манёвр не остался незамеченным, так что словил десяток пуль аж с двух разных сторон. Поняв, что ничего более не остаётся, бросаюсь на них, в стиле Рино.
По дороге цепляю стул, запуская его в одного из стрелков, второго просто сбиваю с ног, да так, что оказался прямо на его теле, проехав несколько метров на его груди, словно на сноуборде, в то время как спина мужчины скользила по окровавленному полу.
Прямо во время скольжения совершаю несколько сильных ударов, разбивая ему голову. Его кость была гораздо менее крепкой, чем у ранее убитого вампира, так что не выдержала даже одного удара (остальные сделал по инерции), добавив полу ещё немного красной жидкости. Труп. Однозначно труп. Как и тот, с перебитым бедром. Он уже побледнел, затыкая свою ногу. Слишком уж там много крупных кровеносных сосудов.
Внезапно, к моему удивлению и даже откровенной радости, откуда-то из угла вылетела стая летучих мышей, закрутившись вокруг парочки автоматчиков, открывших беспорядочный огонь. Мыши, словно гнус, пожирали визжащих мужчин, сдирая мясо и лакая кровь. Вампир! Неужто тот, который вроде как «сбежал»? Хорошо. Почему? Так, во-первых, сократил количество моих врагов, а во-вторых, дал мне шанс себя добить. Я то думал, на той парочке кровососов все мои успехи и закончились, но нет, этот, хе-хе, решил вернуться! Какой молодец!
Оставшиеся трое латиносов, прекратив стрельбу, отчётливо сдали назад. Один бросился было к окну, но словил от меня бросок кастрюлей, завалившейся под стол. Бросать предметы я умею хорошо, проблема лишь в их качестве… С ножом, например, если он не метательный, а обычный. Тогда меткий бросок превращается в рулетку: повезёт — не повезёт. Но сейчас я метал не нож, а кастрюлю, которая полетела гораздо лучше, хоть и медленнее. Впрочем, для человека хватило. Его отоварило по неприкрытому затылку, да так, что звон был слышен даже в моём углу.
Ещё живая двойка стрелков тоже не стояли без дела, первый, несвязно что-то заорав, продолжил стрелять в барьер Эммы, который не спешил восстанавливать появившиеся трещины, даже наоборот: они углублялись и крошились, грозя в любую секунду окончательно расколоть защиту; а второй выпустил очередь по летучим мышам и, соответственно, своим товарищам. Ожидаемо, что мыши пострадали меньше.