Факт шантажа она решила приберечь и поведать уже тогда, когда дома будет Зариакс, чтобы не объяснять всё по десять раз. Сейчас же девушка начала рассказывать об успехах в смене формы и мести бывшему фэбээровцу. Аня не слишком обрадовалась последнему, но вот смена облика её заинтересовала.
— Давай, покажи, что ты можешь, — словно строгий судья, Рэйвен уселась на диван, насыпав себе попкорна.
После получаса перебора разных вариантов, девушки согласовали новый стиль: тёмный облегающий костюм и тонкая маска на лице. Волосы же свободно развивались за спиной. Обе были не слишком довольны таким вариантом, ведь по ним можно опознать человека, однако волосы так хорошо смотрелись…
Подружки никак не решались окончательно отбросить этот облик, отчего из раза в раз вновь к нему возвращались.
— Зар убьёт нас за него, — вздохнула Фелиция. — Если я заикнусь выходить в таком на улицу…
— Вдвоём уломаем, — довольно улыбнулась Шельма, а потом подскочила и обняла блондинку сзади (аккуратно, строго через одежду). — Но согласись, что смотрится просто бесподобно?!
Ещё немного покрутившись перед зеркалом, они начали придумывать имя.
— Чёрная Кошка, — Харди подняла пальчик с длинным и острым ноготком, полностью покрытым Симбиотом, который даже заострил его на конце, отчего тот стал напоминать коготь.
— Да ну, — Анна закатила глаза. — Ты не всерьёз!
— Эй, я люблю кошек!
И это прозвище, в конечном итоге, нашло своё место. Шельма признала, что и у неё оно далеко от идеала. К тому же, «не прозвище делает героя, а герой — прозвище!»
С этим Фелиция была полностью согласна.
Далее к ним в гости заглянула Лидия, которая проезжала мимо и решила «навестить дочь вместе со внучкой».
— Семья-то всё растёт, — хмыкнула старшая блондинка, которая, после получения сыворотки Ящера, не только полностью поправилась, но ещё и восстановила все имеющиеся старые травмы, отчего внешне даже немного помолодела, больше напоминая старшую сестру Фелиции, чем её мать.
Не застав Лауру, Лидия не шибко расстроилась, вместо этого сообщив положительные результаты в изучении Симбиота (особенно в плане того, чем так сильно его привлекают человеческие мозги), а также о начале новых экспериментов по проекту «суперсолдат», с использованием крови Халка.
— Не поверишь, сколь сильно это продвинуло исследования! — довольно кивала женщина. Поначалу она не слишком стремилась заводить разговор на «скользкие» темы, но Фел сообщила ей, что «Аня обо всём в курсе, мы с ней очень близки».
Побурчав на тему распущенности молодёжи (Лидия умела читать намёки), она всё-таки приняла подобный формат «семейной жизни», а потом начала разговор на «запретные темы».
— Уверена, этот тупица Росс сам не понимает, какое чудо в его руках, — хмыкнула Лидия. — Я навела справки, бедолагу Беннера держат в адамантиевой клетке, словно шимпанзе. Однако как-то сковать его ещё сильнее не получается: на Халка ещё попробуй нацепи адамантиевые браслеты. А в форме человека в этом нет смысла — обхват его запястий куда меньше…
Её прервал домофон.
— Я открою, — улыбнулась Рэйвен.
Подождав, пока она выйдет в прихожую, Лидия наклонилась ниже.
— Так это правда? Втроём в одной постели? — чуть удивлённо прошептала она.
— Современный мир, мама, — Фелиция приподняла бровь. — Нужно идти в ногу со временем.
— «Нужно»? — сделала та акцент на этом слове.
— Хм, — девушка чуть смутилась. — Мы… нравимся друг другу.
— Это так по современному сейчас признаются в любви? — ехидно улыбнулась Лидия.
Шаги в коридоре прервали полную смущения беседу. Вернулась Шельма, которая несла достаточно внушительную коробку.
— Посылка для Фелиции Харди, — заявила она. — Ты что, решила заказать гантели под свою новую форму?
— Нет конечно, — фыркнула блондинка. — Я вообще ничего не жду. Хотя… могла что-то заказать и забыть, — приложила она палец к губам.
— Значит, надо срочно открывать, — усмехнулась Аня. — Я возьму нож…
— Не утруждайся, — подмигнула ей Фел, а потом обратила палец в длинный и острый коготь.
— Удобно, — признала Рэйвен и, вместе с подругой-любовницей, заглянула за поднятую крышку.
Громкий взрыв сотряс квартиру, уничтожая, в придачу, пару этажей вверх и вниз. Переломанное тело Шельмы, которая едва успела закрыть глаза, вылетело из окна, прочертив нелепую и крайне болезненную дугу, которая окончилась во дворе дома, на заасфальтированной площадке, покрытой мелкими и крупными камнями и осколками стекла.
Оглушённая Фелиция, тело которой спешно латал Симбиот, оказалась погребена под завалами камня. Лидия же была насажена на две длинные арматуры, торчащие из стены.