С Питером всё тоже было не складно. В его смерти, в конечном итоге, обвинили некого Крейвена — сверхчеловека, о котором сама блондинка не знала почти ничего. Алиса отказалась с ней общаться, едва поняла суть звонка, Гарри всё ещё неизвестно где, а Дайна, кажется, сменила номер, никого не поставив в известность.
Других знакомых, которые могли бы пролить на происшествие истину, у неё не было. Точнее… Гвен думала о том, чтобы позвонить Максвеллу или Фелиции, но нехорошее предчувствие подсказывало, что именно Зариакс и мог быть тем, кто прямо или косвенно ответственен за случившееся. Причём сама девушка не понимала, что именно заставляло её так думать, кроме нелепых обвинений Паука и того, что суперзлодеи напали на квартиру Максвелла!
Её жизнь внезапно круто изменилась и теперь Стейси могла рассчитывать лишь на себя. Она — начинающая супергероиня, которую отец обманом зарегистрировал в администрации. Теперь на ней вечное клеймо мета-человека, от которого не избавиться нигде и никак.
Гвен мысленно фыркнула, предчувствуя кучу проблем. Ещё бы, ведь сведения о ней, без каких-либо усилий, мог получить кто угодно, всего лишь подмазав обычного секретаря в управлении города. Каждый из госслужащих имел возможность взглянуть в её досье! Хуже того, любой хоть сколько-нибудь опытный хакер мог взломать базы данных и не только прочесть о ней сведения, но ещё и выложить их в общий доступ.
— Пора менять внешность и уходить на дно, — хмыкнула она. Проблемой оказались деньги. Счета отца были довольно скромны, ведь он потратил много средств, чтобы отмазать её от якобы преступлений, а потом провести регистрацию без присутствия самой девушки, за что та была ему очень «благодарна».
Накопления, отложенные на колледж, Гвен брать не хотелось. Это казалось ей кощунством. Впрочем, в крайнем случае, она безусловно сделает это. Но точно не сейчас. Ныне на неё навалилась множество проблем, главной из которых был факт её несовершеннолетия, отчего с ней уже связался какой-то мелкий чиновник Департамента по оказанию помощи детям, не постеснявшийся позвонить прямо во время похорон Джорджа. Он заявил, что ей уже начали подбирать фостерную (приёмную) семью, в которой она будет проживать до двадцати одного года.
— Дерьмо, — только и оставалось выдать девушке. Причём своих «приёмных родителей» она отлично понимала, ведь за каждого взятого на воспитание ребёнка им платили неплохие пособия, а также предоставляли льготы. Но это не делало ситуацию лучше.
Стейси, как взрослая девушка, планировала не создавать проблем на ровном месте и попытаться договориться. Она разумно посчитала, что никто из её предполагаемой приёмной семьи не будет чинить преград, обязав, максимум, звонить и сообщать, что у неё всё в порядке, а также приходить в моменты посещения проверяющих из Департамента. На это блондинка готова была пойти. Если же новые приёмные родители попытались бы усложнить ей жизнь, то Гвен собиралась открыть им правду о своей мутации, что с вероятностью в восемьдесят процентов тут же настроит их против неё. Тогда они либо откажутся от такого «ребёнка», либо максимально дистанцируются.
Если и это не поможет, то девушка планировала придумать что-то ещё.
Основную проблему она видела в том, что оказалась в ситуации, когда душа страстно желала действий. И если бы Крушители остались живы, она наверняка бросилась бы их искать, чтобы отомстить. Но они уже были мертвы. Каких-то близких друзей у неё уже не осталось, а потому какое-то время Гвен просто прокрастинировала. Решившись, она позвонила Эм-Джей, желая вытащить её в бар, где попробовать напиться и, может быть, подцепить каких-нибудь парней на одну ночь, но вместо этого телефон взяла какая-то напуганная и истеричная женщина. Стейси с трудом узнала Мэри, но по мере общения ей открылась причина столь необычного поведения.
Моррис Бенч, он же Гидромен. Этот человек преследовал Уотсон, которая никак не могла от него отделаться. Полиция лишь разводила руками — мало того, что они чисто физически ничего не сумели бы сделать с мета-человеком, обращающимся водой, так Бенч ещё и хитрил, умудряясь ни разу не попасться им на глаза, отчего рыжую девушку начали считать сумасшедшей, настоятельно рекомендуя обратиться к психотерапевту. Сама Эм-Джей и правда схватила нервный срыв, отчего даже вынуждена была уйти на больничный в театре, где работала.