«Мозги жрать, наверное, всё-таки лишнее, - девушка мысленно усмехнулась, - к тому же, решила сильно не грубить. Эх, хоть просто пошлю его подальше».
Морбиус замялся. Он, конечно, помнил, что Харди была не слишком довольна на их свидании -которое он старательно называл «прогулкой», однако в мыслях неизменно говорил как есть, - но расстались они не так уж и плохо. На его взгляд. С того момента прошёл всего месяц, так что недовольство, по мнению парня, должно было окончательно потухнуть, оставив лишь память о немного необычном знакомстве. Но ныне поведение девушки было таким, будто бы он, Майкл, сделал ей какую-то гадость.
- Фелиция, я чем-то обидел тебя при нашей последней встрече? - Морбиус не желал ходить вокруг да около. - Мне казалось, что несмотря на все твои подколки и шипение, мы вполне хорошо погуляли.
Девушка нахмурилась.
- Позднее я более углублённо обдумала всё наше... общение, - немного зависла она, пытаясь подобрать верное слово. - Я поняла, что большую часть времени ты пытался манипулировать мной, подбивая под какие-то собственные идеалы. Кроме того, ты очень ясно дал мне понять - причём неоднократно, заметь! - что видишь меня лишь в виде собственной, - Фел сделала акцент на последнем слове, - девушки. Не как друг, не как будущий одногруппник в университете Эмпайр, не как будущий учёный или бизнесмен, желающий привлечь инвестиции Фонда Харди, а именно как «парень». На мои слова, что не ищу отношений, ты просто наплевал. Но в тот раз, так как я обещала, то постаралась максимально лояльно отнестись к твоим приставаниям. Сейчас меня ничего не сдерживает. И я заявляю откровенно: продолжишь ко мне лезть, получишь судебный запрет на приближение ближе чем в пятьдесят метров. Уяснил?
Майкл опешил. Он не был готов к такому, отчего растерялся, лишь глупо открыв рот. Сложилось ощущение, что слова застряли у него в глотке. Однако, на помощь подоспел Мёрдок, которого уже какое-то время напрягал тот факт, что встреченная девушка почти никак им не ощущалась. То есть... то же самое, что было при первой встрече с Паркером! Как будто бы внутри её тела находилось что-то ещё, мешающее прослушивать сердцебиение, отчего приходилось напрягаться изо всех сил.
- Прошу простить, что вмешиваюсь, а также факт, что наше знакомство было отягощено... ссорой, -дипломатично начал Мэтт. - Вот только, как действующий адвокат, вынужден вас поправить: суд удовлетворяет заявление о запрете приближения лишь если нарушитель прежде привлекался по статьям о домашнем насилии, сексуальном преследовании или вторжении в личную жизнь.
- Значит, начнём с сексуального преследования и вторжения в личную жизнь, - с удовлетворением выдала Фелиция. - Что же, думаю, на этом всё. А теперь, если вы не против, я бы попросила не мешать мне наслаждаться музейными экспонатами, пока сюда не привели нашего экскурсовода. Боюсь, что он может сходу повести нас по следующим залам, пропуская этот.
- Рад бы согласиться с вашей просьбой, мисс Харди, - улыбнулся слепец, - но вынужден признаться: это я попросил мистера Морбиуса познакомить нас. Майкл, - скрывающийся мета-человек уверенно посмотрел на своего сопровождающего (сходу определив, где он стоял), - если тебя не затруднит, можешь оставить нас наедине?
- Затруднит, - буркнул он, но, противореча своим словам, направился в противоположную сторону, негромко ругаясь по-румынски. Брюнет держал спину выпрямленной, но в движениях ощущалось скованность. Любому было понятно, что парень изо всех сил сдерживает обиду, а возможно и слёзы.
«Тварь! Сука! - думал Морбиус. - Тупоголовая дрянь! Ты будешь моей, что бы ни делала! Я так решил! И я всегда добиваюсь своего!» - в голове парня начал зарождаться план, но пока лишь самые-самые основы. Он начал с того, что открыл список вопросов: как добиться взаимности? А потом этот вопрос стал обрастать подробностями и целой серией уточнений, которые Майкл быстро принялся записывать себе в телефон.
Между тем, Харди и Мёрдок начали собственную беседу.
- Что вам нужно? - нахмурилась блондинка, лишь коротко взглянув на спину несостоявшегося кавалера. Она понимала, что была достаточно жёсткой, но не могла и представить себе, что будет давать «шанс», каждому встречному. Нет уж, Фелиция и сама по себе хорошо умела ставить на место подобных Морбиусу людей, а уж несколько месяцев, которые она проработала в Фонде, под руководством Лидии, добавили ей лишь больше цинизма. В заключении, на её чувства влиял Симбиот, с кем они только встали на этап объединения. И он требовал быть максимально жёстким, считая, что таким образом девушке будет лишь лучше. А самое смешное, что сама Харди полностью соглашалась с ним в глубине своей души, не пытаясь сопротивляться, как поступал Паркер. Оттого объединение шло семимильными шагами.