Лакрица, завидев вереницу машин издалека, спустился вниз и спешно открыл ворота. Вся группа разведки въехала на территорию базы, только я остался снаружи. Вожак с молодняком уже поджидали меня, нетерпеливо поскуливая, подпрыгивая и пытаясь задавить меня своими тушами. Получалось это у них очень плохо, пришлось вновь показать кто главный на территории, доминируя над альфа-самцом. Молодняк, видя, что их вожак подчинился мне после небольшой стычки, хотели было вдвоем кинуться на отца, но волк быстро приструнил выскочек, показывая свое подчинение только мне и доминирование над другими волками. Такая проверка сил в стае, а я как оказалось тоже являюсь ее частью, не была чем-то новым и стала привычной рутиной для меня. Каждый раз доказывая свое превосходство, мне приходилось нелегко, но оно того стоило, только так мы могли жить в мире с этими мутантами, что подчинялись лишь самому сильному.
-Каждый раз удивляюсь тому, как легко ты приструняешь Вожака. - Лакрица подошел ко мне и протянул бутылку с водой. На дне уже успел образоваться лед, что не мешал пить и был как раз кстати после стычки с соседями.
-Знал бы ты, как "легко" мне дается каждая такая проверка сил. - утирая пот со лба, я подставил лицо морозному воздуху, давая снежинкам врезаться в мою разгоряченную кожу.
Даже став мутантом, альбиносы не потеряли способность ощущать холод или невыносимую жару. Изменилось наше отношение к температуре, не важно какой та была. Если холодно, мы покрывали кожу легкой одеждой, дабы не сильно бросалась в глаза наша неуязвимость. Летом, при палящем солнце, приходилось обильно увлажнять краснеющую кожу, пока та не сменялась на слегка серую, что была устойчива к прямым лучам. Многие на территории ходили не утруждая себя в одежде, что покрывала только грудь и половые органы, ведь необходимость в ней не была у нас в приоритете. Те, кто стоял на карауле стен и ездил на вылазки, помятуя о возможных ранениях, укрывали свое тело, дабы не получить болезненный укус на открытый участок кожи. Вот и я не являлся исключением, сняв с себя легкую куртку, остался только в майке.
Резкий рывок назад заставил мое тело отлететь в дерево и болезненно скривиться, когда позвоночник громко затрещал. Выбив весь воздух из легких, рухнул после на колени, погружаясь с головой в белоснежный налет снега на земле. Лакрица громко закричал, караульные подняли тревогу, раздался громкий вой Вожака, что подхватили с новой силой другие волки. На наш лагерь напали.
В ушах сильно звенело, глаза упорно не хотели открываться, а сломанный позвоночник не давал возможности резко подняться и броситься в бой. Громкий гул тревоги поднял притаившихся на деревьях птиц в небо. Волки почти полной стаей вышли на защиту базы, пока люди прятались по укромным местам, утаскивая с собой и совсем маленьких волчат. В атаку на непрошенного мутанта бросались все, от альбиносов, до волков. Слаженно действуя, им почти удалось нанести рану странному мутанту, что разразился кровавой пляской на месте боя. Вот ему в шею бросился волк, но легким движением, тот лишается своей лапы и в считанные секунды погибает от потери крови. Громкий вой Вожака заставляет пробежаться толпу мурашек по спине и рукам, покрывая все тело гусиной кожей.
Бороться с приступом тошноты я больше был не в силах, вывернув меня на изнанку, тело выбросило все содержимое желудка наружу. Спина громко трещала от быстрой регенерации и причиняла страшную боль, заставляя кричать надрывая связки. Не помня себя, поднялся на ноги, сохраняя только благодаря дереву вертикальное положение. Шаг. Первый, второй и срываясь дальше на бег. Вырвав из крепления на бедре нож, приседаю и делаю высокий прыжок вперед. Промахнулся. Существо с ехидным визгом отскакивает в сторону и забирается вверх по дереву. На полянке перед воротами настоящее кровавое месево, пользуясь передышкой, ребята немутанты стаскивают еще живых альбиносов на безопасную территорию. А так ли на самом деле она безопасна как нам кажется? Мысли роятся у меня в голове, ноги предательски дрожат и не двигаются когда мутант прыгает на меня.