Гай поднял брови.
– Калар упал?
Амара улыбнулась и кивнула.
– Благодаря искусству графа Кальдерона, сир. Я не уверена, что он мертв, но если ему удалось это пережить, я сомневаюсь, что он будет в том состоянии, чтобы устроить революцию.
Гай оскалил зубы в неожиданной волчьей ухмылке.
– Я хочу лично услышать подробности, как только вы сможете это сделать, Графиня. Пожалуйста, передайте мою благодарность Его Превосходительству Кальдерону, – сказал Первый Лорд, – а также Леди и их вассалам.
– Я постараюсь сохранить бесстрастное лицо, когда буду делать это, сир.
Гай откинул голову назад и рассмеялся, а затем он заставил образ в воде измениться.
Ненадолго он стал цветным, более подробным и более живым. Затем он покачал головой и сказал:
– Я оставлю вас, чтобы вы отдохнули и затем продолжили путешествие, Курсор.
– Сир? – спросила Амара. – Прибудем ли мы вовремя?
Гай кивнул.
– Я думаю, что да. Но я должен действовать быстро.
Изображение посмотрело Амаре в глаза, затем Гай слегка ей поклонился.
– Хорошо сделано, Амара.
Амара сделала глубокий вдох, когда почувствовала вспышку свирепой гордости и удовлетворения.
– Благодарю вас, сир.
Изображение растворилось в ручье, и Амара тяжело опустилась на его берег, ее рука тупо пульсировала, но неприятное ощущение медленно усиливалось. Она искоса посмотрела на Бернарда, который стоял рядом с Леди Аквитейн, в тени одного и того же дерева, его взгляд был отсутствующим, через свои связи с фуриями земли и дерева он следил, не приближается ли кто-нибудь.
– Привет, Амара, – весело сказала Одиана.
Несмотря на усталость и дискомфорт, Амара вздрогнула от неожиданности, и почувствовала острую боль в серебристых линиях от ожогов от плеч до основания шеи. Водяная ведьма подошла совершенно бесшумно и заговорила с ней, находясь на расстоянии фута.
– Мне очень жаль, – сказала Одиана, и в ее словах слышался легкий смех. – Я вовсе не хотела так напугать вас. Должно быть, это ужасно больно, вот так подскочить, душечка.
– Что вы хотите? – спокойно спросила Амара.
Ее темные глаза сверкнули.
– Ну конечно, подлечить ваше бедное плечо, маленькая странница. Вы будете так же полезны вашему господину, как сокол с одним крылом. Мы не можем этого допустить.
– Я в порядке, – тихо сказала Амара. – В любом случае, спасибо.
– Ай-ай, – погрозила пальцем Одиана. – Так обманывать. Обещаю вам, что я остановлю боль.
– Хватит подкалывать, – ровно сказала Леди Аквитейн.
Одиана хмуро взглянула на Леди Аквитейн, показала ей язык, потом встала, чтобы лениво побродить вдоль берега ручья.
Леди Аквитейн поднялась со ствола дерева и сказала:
– Мы сейчас достигли перекрестка, Курсор. Есть трудные решения, которые нужно принять.
– Касательно чего? – спросила Амара.
– Будущего, – ответила Леди Аквитейн. – Например. Я должна решить, позволить тебе жить или нет, в зависимости от того, окажешься ли ты полезной или неудобной. Ты, в конце концов, вполне способный агент Короны. Учитывая политический климат, ты можешь оказаться небольшим, но существенным препятствием для моих планов, если ты пойдешь против меня. – Она оглядела Амару с задумчивым видом. – Но ты могла бы стать в самом деле очень полезной, если мы сможем достичь какой-либо договоренности.
Амара сделала медленный, глубокий вдох, успокаивая себя.
– Я полагаю, было глупо надеяться на то, что вы поступите добросовестно, как только получите то, что хотели, – тихо сказала она.
– Мы тут с вами не в бирюльки играем, Курсор. Вы знаете это так же хорошо, как и я.
– Да. Но я уже слышала подобные предложения прежде. Я думаю, что вы знаете, каков был мой ответ.
– Когда в последний раз такое предложение было сделано, – сказала Леди Аквитейн, – вы не были замужем.
Амара сузила глаза и спросила холодным тоном:
– Вы действительно полагаете, что вам это сойдет с рук?
– Если я пойду таким путем? – Леди Аквитейн пожала плечами. – Я легко могу рассказать, как нас обнаружила одна из поисковых групп Калара, которая вышла на нас ночью, и выжило всего несколько человек.
– Вы думаете, что люди поверят в этот вздор?
– Почему бы нет, дорогуша? – проговорила Леди Аквитейн холодным тоном, – в конце концов, ты сама только что рассказала Гаю, что мы еще под угрозой обнаружения.
Она сузила взгляд, ее бледное лицо стало каменно-холодным.
– И никто не опровергнет мои слова. Мало того, мне все сойдет с рук, графиня. Скорее всего меня наградят еще одной медалью.