Леди Аквитейн не сводила взгляда с лица Сенатора, но ее легкая улыбка постепенно становилась шире.
– А его, – сказал Маркус, кивнув на крайнего мужчину из тех, что стояли ближе к столу, – Ривар Армениус. – Он молод, Рыцарь Воздуха и Металла, и считается самым быстрым фехтовальщиком на мечах в Алере. Он выиграл одиннадцать поединков против признанных мастеров, девять из них со смертельным исходом.
Закутанный в плащ Армениус ненадолго обернулся к ним. Затем он стащил капюшон с молодого, с красивыми чертами лица, и сказал:
– Десять. Маэстро Питер скончался от вызванного травмой крупозного воспаления легких.
Маркус слегка наклонил голову.
– Десять. – Он перевел взгляд на последнего представителя сингуляров Сенатора. – И, конечно, Наварис из Фригии. Одна из наиболее опасных ныне живущих специалистов. Весьма надежна – при условии, что она не утратит самообладания.
Рука Наварис продолжала медленно поглаживать рукоять меча.
Арнос злобно посмотрел на Маркуса. Он сложил руки на столе, плотно сжав губы в тонкую линию.
– Я не собираюсь действовать вслепую, миледи. Покажите мне лицо этого человека.
– Или что, Арнос? – спросила Леди Аквитейн, ее голос почти сочился ядом. – Вы уйдете?
– Почему бы и нет?
– Может потому, что я знаю, что случилось с первым капитаном, назначенным в Первый Сенаторский. Кажется, его звали Аргавус. Так странно, что он исчез в ночь перед вашим выступлением, – взгляд Леди Аквитейн скользнул на Наварис. – Разразится скандал, если кто-нибудь намекнет о местонахождении тела гражданскому легиону. При расследовании может всплыть много нелицеприятных фактов.
Арнос невозмутимо пожал плечами.
– Я переживал расследования и прежде. Утомительно, но я справился.
– Да. Намного проще коротать время, когда можно угождать всем своим прихотям, – ее взгляд вернулся к Арносу, и не смотря на внешность, которую она приняла, ее улыбка стала пылкой и хищной. – Я не устаю удивляться, как часто ты испытывал гнев разъяренного супруга. Ты конечно помнишь крушение на пирсе четырехлетней давности?
Кровь отхлынула от лица Арноса.
– Ты не станешь.
– Эту карту я разыграю только раз. Я предпочитаю так с тобой не поступать, дорогой Арнос, – ее взгляд не дрогнул. – Конечно ты можешь спустить свою свору, если думаешь, что это принесет пользу.
Маркус под плащом уже держал ножи в обеих руках. Он займется Сенатором, а потом Армениусом, фехтовальщиком, стоявшим ближе к столу. Что бы ни сделала Леди Аквитейн, это будет мощным, и лучше всего подействует против более далеких противников, пока он будет разбираться с теми, кто рядом. Он был уверен, что она думает так же.
Само собой, он уже не был таким же быстрым, как когда-то. Арнос не будет проблемой, но молодой дуэлянт может оказаться более опасным. Маркус был уверен, что он имел мало шансов против молодого бретера в честном поединке. Это была основная причина, почему он по возможности избегал таких поединков.
Арнос безмолвствовал в течение долгой минуты, пот бисеринками выступил на его лбу. Напряжение вокруг нарастало. Но затем сенатор отвел взгляд, гордо вскинув подбородок.
– Бессмысленно спорить в данный момент, дорогая Инвидия, когда у нас столько работы.
Легкая улыбка озарила ее лицо.
– Рада, что мы пришли к согласию.
Маркус подавил вздох облегчения и вернул ножи в ножны.
– Я отдал приказ легионам выступить против канимов. Что, по-твоему, должно стать нашим следующим шагом?
– Руфус Сципио, – сказала она. – Он опасен.
Арнос вскинул бровь.
– Ты верно шутишь. Он всего лишь мальчишка. Хорошо работает на публику и ему необычайно везет оказываться в нужном месте, в нужное время, но ничего более.
– Я обеспокоена не тем, кем он является сейчас, а тем, кем он может стать. Ошибки случаются, Арнос, но лучше, если его не станет до того, как выступит легион. Ты можешь проследить за этим?
Около захудалого бара Наварис начала поглаживать эфес своего меча.
– Миледи, – сказал Маркус, – вы позволите?
Она глянула на него, снова вскинув брови.
– Говори.
– Слишком поздно для открытых действий, – сказал Маркус. – Такая попытка уже была. Она провалилась. Он на стороже, так же, как и его люди. Еще одно покушение может сыграть против нас.
Леди Аквитейн скривилась и кивнула.
– Твое предложение?
Маркус говорил осторожно, сохраняя тон абсолютно нейтральным.