Исана почувствовала гнев, который перешел в боль, но она не могла бросить в него камень за то, что у него были секреты. Кроме того, отчасти он был прав. В некотором смысле, она заслужила такое обхождение.
– А потом? – тихо спросила она.
– Полагаю, что я просто привык, – ответил он. – Я даже Арарису не сказал.
– Тебе и не требовалось, – невозмутимо сказал Арарис.
– Что? – спросил Тави. – Но до вчерашнего вечера я никогда не…
– Не просил меня погасить магическую лампу в твоей комнате, – продолжил за него Арарис. – Ни будучи в одиночестве, ни вместе с Китаи. – Он усмехнулся. – Неужели ты думал, что я решу, будто ты действительно можешь противостоять мне, не используя заклинательство металла, и ничего не замечу?
– О, – произнес тихо Тави.
Исана нахмурилась.
– Арарис? Ты знал? И ничего не сказал мне?
– Это не моя тайна, – тихо ответил он.
– Понятно, – проговорила Исана.
– Тихо, – прошипел Тави.
Они замолчали. Звуки тяжелых ботинок, слишком тяжелых, чтобы быть обувью моряка, раздались над ними. Гулкие приглушенные голоса доносились через доски пола. Доносились крики, звуки передвигаемых предметов. Через несколько минут звуки отдалились.
Вскоре после этого деревянный корпус корабля дернулся, затем снова и Исана радостно отметила тонкую, устойчивую работу водной магии в корпусе, предотвращающую попадание воды внутрь, по-видимому, работу заклинателей Демоса.
Панели корпуса разошлись вокруг них и опустились вниз, поднимая их, пока они снова не оказались в бассейне заклинателей. Демос стоял неподалеку.
– Все прошло довольно хорошо, – тихо сказал он. – Вы все должны оставаться здесь, пока мы не выйдем в море. Они могут вернуться, тогда вам придется еще помокнуть.
– Ты уверен, что они ничего не нашли? – спросил Тави.
Демос покивал головой.
– Это было бы подозрительно. Они нашли два тайника с несколькими унциями афродина, ящик с вином, который не был отмечен в декларации и рулон шелка из Калара, на который должно быть наложено эмбарго.
Исана моргнула.
– И они вас не арестовали?
– У меня были деньги. – Он повернулся, чтобы уйти. – Я отправлю вам чего-нибудь горячего. После возврата остальных двух членов вашей группы и освобождения прохода мы сможем двигаться снова. Думаю, где-то завтра утром.
Тави кивнул.
– Спасибо, Демос.
– Это моя работа, – сказал он и ушел.
Тави вылез из бассейна, облокотился о ближайшую перегородку, подтянул ноги к себе, прижав колени к груди. Потом он опустил голову и снова заснул.
Исана посмотрела на избитого молодого человека и вздохнула. Затем она сказала.
– Я ошибаюсь в своих опасениях о его фуриях?
– Что-то не так с его заклинательством, – сказал Арарис. – Я не уверен. Но я никогда не видел овеществление его фурий. Даже вчера вечером.
– Если бы он мог, – начала Исана.
– Он должен, – Арарис закончил, кивая головой. Он сморщил свой нос и взглянул на Варга, расположенного так, чтобы голова была вне бассейна. – Тут пахнет мокрой собачьей шерстью.
Она слабо улыбнулась.
– Я должна восстановить тандем с ним. Там довольно много еще нужно сделать.
Арарис кивнул и вышел из бассейна.
– Как твоя рука?
– Больно, – ответила Исана, – Но опасности уже нет. Займусь своей рукой, как только осмотрю этих двух.
Он не выглядел счастливым от этих слов, но кивнул:
– Хорошо, – он начал поворачиваться, но остановился. – А не должен один из нас рассказать ему о… нас?
Она почувствовала, как ее щеки снова начинает заливать румянец.
– Я… что мы ему должны сказать?
– Что мы любим друг друга, – проговорил Арарис тихим, но твердым тоном. – Что однажды придется это… решить. Что мы хотим быть вместе.
Она посмотрела на него и сглотнула.
– Это… то, чего ты хочешь?
Арарис взглянул на нее и нежно улыбнулся.
– Ты знаешь это так же хорошо, как и я, моя леди.
Она улыбнулась ему и, не смотря на холодную воду вокруг нее, она почувствовала тепло.
Арарис расположился за ее сыном, чтобы охранять его сон, в то время как Исана вернулась к раненому каниму.
Глава 38
Валиар Маркус шокированно уставился на копье в своих кишках.
Канимское метательное копье проскользнуло сквозь крошечное отверстие между щитом Маркуса и легионера рядом с ним, брошенное с такой силой, что черный металлический наконечник легко пробил его доспехи.