Выбрать главу

Синий спектр самый сложный для восприятия – потоки энергии движутся по запутанным траекториям, не подчиняясь моим попыткам ими управлять. Меня поглощает холодный океан, захлестывая волнами цвета индиго. Пространство окрашивается в этот насыщенный, темный оттенок, словно погружаясь в непроглядные морские глубины. Внутри меня разражается шторм, но Осколок на груди сияет как путеводный маяк, освещая синюю глубь и не позволяя раствориться в ней навсегда.

Фиолетовый спектр – мой родной. Я застываю внутри исполинского сапфира, окруженный его мерцающими фиолетовыми гранями. Все вокруг пронизано этим волшебным цветом, который окутывает меня, словно Покров. Все элементы головоломки становятся на свои места, как будто я, наконец, смог прочесть древний текст, написанный на давно забытом языке. Теперь я понимаю: каждый цвет — часть большого целого, сложной системы, ключа для управления Силой.

Безумный калейдоскоп останавливается, я возвращаюсь в реальность, и пространство приобретает привычные очертания. Глаза на лицах статуй Разделенного Бога гаснут, слепящий свет Кристаллов в куполах меркнет. Осколок на моей груди продолжает светиться и начинает мерцать в одном ритме с фиолетовым Кристаллом над головой.

Я должен веселиться и прыгать от счастья, потому что Тьма и Свет обошли меня стороной, но радости нет. Меня захлестывает разочарование, похожее на внезапное падение после долгого подъема. Это чувство неполноценности и обмана овладевает мной, словно тень, поглощающая свет.

Вместо радости и удовлетворения я ощущаю горечь и пустоту. Я чувствую себя ребенком, которому посулили коробку разноцветных конфет, а затем нехотя вручили лишь один леденец на палочке. Что-то важное ускользнуло у меня из рук, оставив лишь ощущение обмана и пустоты.

Вновь обращаюсь ко всем семи Кристаллам над головой, но чувствую лишь Силу фиолетового. Моя душа встречает его с благоговением, но вместо волнения и восхищения я снова ощущаю разочарование. Эта Сила не идет ни в какое сравнение с мощью Темного Кристалла, которая пленила мое сердце. Слабое подобие левой руки, как говорится в каком-то бородатом анекдоте.

Взываю к обретенной Силе, и мои радужки вспыхивают. Я подношу ладони к лицу и вижу на них тусклые фиолетовые отсветы, но мир остается прежним. Нет цветных линий и плоскостей, нет мерцания фотонов, и ощущения всемогущества тоже нет. Есть лишь древняя Сила, которую я могу черпать из глубин Кристалла.

Физика говорит, что воздействовать на световые волны можно лишь одним способом: поместить на их пути непрозрачный предмет, но любой одаренный цветной разобьет эту догму в пух и прах и создаст множество материальных предметов из чистого света. Со временем они исчезнут, распадутся на фотоны, но в течение нескольких секунд, минут или часов будут вполне осязаемы.

Я выбрасываю физику из головы, замыкаю на себя воображаемые фиолетовые волны и пытаюсь заставить их сформировать вокруг меня Покров. Ничего не происходит. Радужки светятся, Осколок — тоже, а Покрова нет.

Упрощаю задачу и пытаюсь создать полый невесомый шар, эдакий фиолетовый мыльный пузырь, но ничего не получается.

Ощущение неудачи и разочарования нарастает. Что-то блокирует мою способность объять всю полноту и мощь древней Силы, но я не могу определить, что именно.

Бегу к разрушенному входу в Храм, всматриваюсь в отполированную до блеска позолоченную табличку и выдыхаю с облегчением: мои радужки светятся как две миниатюрные фиолетовые лампочки.

Это зримое подтверждение того, что я обрел Силу Фиолетового Кристалла, хотя мое владение ею кажется неполным и неуклюжим. Я закрываю глаза, пытаясь снова увидеть цветные волны и испытать мощь, которую чувствовал еще недавно, стоя перед входом в Храм.

Ничего не меняется. Ощущение, что я стою перед закрытой дверью, только усиливается и кажется, что все впустую, но моя решимость остается непоколебимой. Чувство разочарования бурлит внутри меня, но я отказываюсь от мысли, что все было зря. Убеждаю себя, что эта неудача — всего лишь временное препятствие, испытание на пути к моей истинной силе.

Серый купол, отделяющий Храм от мира, вздрагивает, и на его мерцающей поверхности расцветают радужные всполохи. Они делят полусферу на части, она идет трещинами, распадается на лоскуты и опадает на землю истончающимися фрагментами.