Я это чувствую не впервые.
Дрожащими руками я достала из сумки уголек и нож. Рик застыл, понимая, что я собраюсь делать. Прямо на льду рядом с нами, угольком нарисовала пятигранную звезду. Из сумки достала небольшие кварцы, аккуратно расставила на концы звезды. А ещё кортик. Совсем не большой, но удобный и очень острый. Его мне еще дедок-охотник дал взамен на то, что я ему показала дорогу из леса, когда он заблудился.
Молча приложила нож к внутренней стороне ладони, и надавила на кожу. Резкая боль пронзила руку, из глаз брызнули слёзы, но сильно сжав зубы, я сдржала крик, слабо простонала, и прошептала:
– Марбас, приди.
Крупные капли крови упали на середину звезды и лёд моментально впитал её, окрашиваясь в насыщенный красный цвет. Постепенно, словно изнутри, лёд подсвечивался бордовым светом.
Я молча, со слезами на глазах, окравленной рукой, смотрела на звезду, желая всем сердцем вернуть Ивара. Увидеть его усмешку, синие, пусть и холодные, глаза, даже ненавистный взгляд. Я привыкла к его обращению ко мне, и не могу допустить смерти. Просто не могу. Даже думать об этом страшно. Невероятно страшно, одиноко, и хочется кричать от боли в душе, которая, словно чернила на бумаге, расплываются и становятся все больше и больше. До боли кусаю губу, пытаясь отвлечся, переключиться, сделать хоть что-нибудь, но никакая физическая боль не сравнивается с душевной. Демоны, убейте кто-нибудь меня, я устала это переживать.
– Опять ноешь?– совершено спокойно спросил демон.
– Будь ты на моём месте, тоже бы ныл,– отозвалась, всхлипывая.
– Только если бы у меня была душа.
Логично. Демоны без душны, поэтому и забирают души других... Обычно ведьм.
Я повернулась к нему. Демон, как всегда возвышался над всеми не прикосновенной красной глыбой. Красной в прямом смысле слова. Кожа его отливала бордовым, глаза полностью были чёрные – без белка и радужки. Рога не особо крупные, хотя, я знала точно, что в Преисподней его силы увеличиваются, следовательно и "милое" дополнение становится больше. Черты лица все же были человеческими. Что меня удивило, так это солидный костюм и постоянное поправление манжетов. Раньше такого не было. Неужели, и на демонов напала мода? Я настолько была опустошена, что даже ничего не спросила и вообще никак не отреагировала, но Рик был в шоке:
– Ох, ты ж-ш-ш! Демон в кос-стюме!– прошипел он, пятясь, скалясь и шипя. Коты всегда резко реагируют на тёмные силы.
– О, мелкий!– обрадовался Марбас, поправляя манжеты на правой руке. – Как... Поживаешь?
– Да вот... Потих-хоньку. С-сам как?
– Спасибо, хорошо.
А мне... Стало ещё хуже. Я смотрела на пуговицы рубашки Ивара, и не могла поднять взгляд выше. Не могла посмотреть на него. Его лицо в чёрных полосах яда. Мне хватало и того, что он не дышал. Просто не дышал.
Я готова пройти все смертные круги, можете накинуть и парочку сверху, но никогда в жизни я не хотела бы видеть смерти. Это ужасно. Просто ужасно. Хочется взять нож и провести себе по руке. Сейчас бы я не почувствовала бы и боли. Да. Я хочу этого. Хочу умереть.
– Что у неё на этот раз?
– Убийцу искали. Совершенно случайно и дракона грохнули.
Демоны, Рик говорит так, словно, ему все равно! Я хотела повернуться к нему, но демон меня обогнал:
– Дракона!?
– Только не говори, что не можешь его вернуть!– простонал Рик, и голос его дрогнул.
Ему не все равно...
Но стоило коту сказать это, как поток слез увеличился втрое, а желание умереть возрасло в десять раз.
– Могу... Чисто теоретически. Чисто практически не пробовал. Мы вообще про драконов мало что знаем. Очень уж они скрытный народ.
– Но ты же можешь его воскресить?!
Это не я. Это Рик. Ибо мне очень-очень плохо, и с каждой секундой становится хуже.
– Могу,– ответил тот. – Селена во второй раз мне душу продаст?
– Можно что-нибудь другое?– спросила ровным тоном я.
– А что ты предлагаешь?-– демоны очень любят торговаться.
– Что угодно, Марбас! – сорвалась я. Руки дрожали, в глазах стояли слёзы, голос обрывался, а в груди все стискивало, и безумно болело. Но мне было наплевать. Просто наплевать. Я хотела одного – знать, что Ивар жив.
Марбас смотрел на меня с лёгким прищуром. Он явно о чем-то думал, причём думал основательно. Странно, раньше за ним такого не замечала. В смысле, не было такого, что бы он так долго думал в такие ситуации – быстро сделал, заключил сделку, и исчез, что бы никто не передумал. Хотя, вряд ли в такие моменты можно передумать. Хочется сделать возможное и невозможное, чтобы спасти дорогого тебе человека.