– Не сиди на холодном, я тебе запрещаю, – бурчит дракон, блеснув синими глазами.
– Вот ещё, чешуйчатый. Ты мне не указ, – вырывается прежде, чем осознаю, что сказать хочу совсем другое. Но... Мне нельзя. Я просто ведьма. А он герцог. Я даже думать об этом не должна, не то, что говорить.
– Ошибаешься, моя глупая ведьмочка, – улыбается мягко он. Мягко, лучезарно, так... Даря свет. И он дарит его только мне.
– Не твоя, – вообще нам ведьмам драконы на один зуб только. Мы, ведьмы, народ жутко гордый. И прежде, чем взгляд Ивара совсем леденеет, добавляю: – Бабушкина, вообще-то.
И поднимаюсь с земли. Спокойно оттряхиваю ноги от снега.
– Вообще-то, – возражает дракон. – Вообще-то моя.
– С чего это вдруг? – ошалело переспрашиваю, вмиг подняв глаза на бессмертного снеговика.
– С того это вдруг,– он перекатывается с пятки на носок, – что кулон все ещё на тебе.
– Забирай хоть сейчас, – пожала плечами, чувствуя то, что сердце сильно заныло и непривычно заболело. Хотя, почему не привычно? Уже очень даже привычно – в последнее время оно всегда так болит.
Ивар промолчал. Лишь смотрит неотрывно, и очень внимательно. Словно в душу пытается заглянуть... А ему и незачем. Моя душа и так принадлежит ему...
– Зачем? – как-то искренне удивился дракон.
– Как зачем? – я никак не могла поднять на него глаза, поэтому смотрела на то, как снежинки медленно падают на траву. – Невеста, любовь, дракониха какая-нибудь очень милая, все такое...
– Какая кто? – переспросил тот.
– Дракониха... Ну, дракон женского пола. Как ещё назвать? – меня немного удивило, поэтому недоуменно посмотрела на герцога.
Ах, точно...
– Прости, тебе обычных девушек же брать в жены нельзя, да?
– Да мне вообще никаких нельзя, – пожал он плечами.
– Это как?
– Понимаешь... Кодекс запрещает.
Нет, не понимала. Вообще не понимала. И он это понял, и начал объяснять более старательно:
– Кодекс запрещает снимать кулон с любимой. Впрочем, никто этого и не делает. Все и так счастливы.
– Так то любовь.., – снова перекатилась с пятки на носок.
Ивар замолчал и неотрывно смотрел на меня. Я чувствовала этот взгляд даже той частью тела, на которую он смотрел – горело лицо, потом ладони, грудь, живот, ноги, губы. Дракон тяжело вздохнул. Снежинка упала на кончик носа, и я, шмыгнув им, потянула руки, чтобы вытереть капельку растаевшей снежинки. Но... Вдруг дракон появляется очень близко и очень быстро, рукой перехватывает моё запястье, смотрит в глаза, в то время, когда я пыталась хотя-бы дышать ровно, ибо... Он был слишком близко, и... Сердце билось быстро-быстро, дыхание сбивалось, руки уже тряслись банально, а он... Наклоняется, и губами собирает капельку с кончика носа.
– Селена, ты меня любишь?
– М?
Но это снаружи, а внутри просто уже... ЧТО?! ЧТО ОН ТОЛЬКО ЧТО СПРОСИЛ?!
– Ты меня услышала.
Услышала...
И... Поняла, что правду сказать не могу. И обмануть не могу. Вообще ничего не могу... Слабая я очень...
Поэтому просто киваю. Еле заметно, очень надеясь на то, что не заметит, но он заметил. Не просто заметил, так ещё и продолжать начал:
– А остаться со мной хочешь?
А вот тут я уже могла высказать все, что думаю по поводу этого его "хочешь, не хочешь"! И злилась я о-очень сильно, поэтому в следующую секунду ему было не миновать удар в плечо. И последующих ударов тоже было вообще не миновать.
– Ненавижу тебя! Ненавижу!
– А вот и нет! – радостно отзывался герцог Драконьих Земель, перехватывая мои руки: – Ты меня любишь – сама сказала!
– Ненавижу! – рявкнула в бешенстве, смотря прямо в синие глаза с невероятным узором... Словно мороз на окне... И глаза сами, как небо. Невероятно большое, завораживающее, дающее все, что нужно, и забирающее последние крупицы разума. Тьма, как же я его люблю...
– Какие же у тебя глаза..,– прошептал он, крепко держа мои руки.
– Какие? – спросила чисто по инерции.
– Невероятные, светящиеся изнутри добром, чистые драгоценные изумруды... Кожа белоснежная, словно холодное серебро... Волосы, как чёрный оникс...
– Эй! – меня возмутило просто уже! – Ты обороты спусти! Я все понимаю, но зачем меня с камнями сравнивать?! И вообще! Иди в... Туда, да!
Я уже начала вырваться, но мне не дали сделать и шагу, а только притянули поближе, усмехнулись, и на выдохе оповестили:
– Я вообще-то тут говорю, что ты самое дорогое сокровище в моей жизни, и в любви признаюсь, а ты меня посылаешь, куда не жалко.
– Я вообще щедрая, если ты не заметил. Мне не жалко ни капельки.
И... Тут до меня доходит, что... Что он сейчас сказал? Он меня... Любит??
Это... Не правда. Это не может быть правдой... Это все кулон. Нужно его снять. Кто его знает, может, он специально какие-то там флюиды посылает драконам, вот они с ума и сходят?