Залив водой треть, закрыла крышечку, взболтнула, и налила еще. Прикрыла чайник крышечкой.
Повернулась к дракону лицом, продолжила более смело и уверенно:
– Но в действительности такие души мягкие и ранимые.
– Да что-о вы говорите? – протянул Ивар с лёгким прищуром.
– Неужели драконы не владеют чайной психологией?– спросила я, ибо в действительности удивило. Мне почему-то казалось, что драконы чай очень любят.
– Не все,– ответил нехотя тот. Я лишь кивнула в знак того, что поняла. Вернулась к своей сумки и нашла свой любимый мешочек. С фруктовым чаем, а ещё точнее – земляничным. Обожаю его. Вся на радостях достала мешочек, и тут же вернулась от неожиданного вопроса:
– Земляника?
– Д-да..,– ответила ме-е-едленно поворачиваясь к дракону, у которого, оказывается, нюх даже нотки чая распознает.
– Угу,– кивнул он. Но почему-то выглядел так, словно что-то вот знает.
– Что-то не так?– спросила, рассматривая его задумчиво лицо. На меня же он вообще не смотрел – стена, стол, пол, кровать – все, что угодно, кроме меня. А я же наоборот осмелела – рассматривала его, как никогда. Да, он мой враг. Но я собираюсь пить чай со своим врагом! Чего мне терять?
– Нет, все нормально,– отозвался он.
Я закатила глаза. Подошла к столика, проделала тоже самое, но только со своим мешочком, параллельно почему-то вообще не затыкаясь:
– Не нравится мне это слово.
– В смысле?
– Да в прямом! Не понимаю я его! Как по мне, "нормально" – это вообще никак! Что оно вообще означает? Что может быть нормального в делах? Вот ответили тебе чётко и ясно "Хорошо", или " плохо ", и ты все сразу понял, а ответят тебе " нормально " так сиди и гадай, как это вообще и ближе к чему это "нормально" приписать!
Мою железную логику Ивар не понял вообще, поэтому просто сообщил:
– По-моему, ты перебарщиваешь... Или ты так задумываешься над каждым словом, что тебе говорят?
Отвечать точно не стала – только пожала плечами. Ивар кивнул сам себе, и неожиданно усмехнулся, смотря на два смешных чайника.
– А что говорит чайная психология о фруктовом чае?
– Фруктовый чай предпочитают души, посвящающие все свое время работе и уделяющие отдыху и развлечениям минимум времени; они очень тщательно относятся к выбору друзей,– задумчиво приговорила, смотря в пол, и щипая нижнюю губу пальцами.
– Почему ты всегда говоришь "души"? – моментальный вопрос, полный недоумения.
– Потому что именно душа выбирает то, что ей по вкусу. Начиная от запахов, вкусов, и заканчивая выбором другой души.
– Но ведь бывают ошибки...
– Бывают, не спорю. Понимаешь... Если со вкусом и цветом все понятно, то выбор другой души более сложен. Тут уже нужно учитывать другие факторы – общение, внешность и так далее. А ещё учитывается фактор того, что до конца тебе вряд ли кто откроется. Человек (или кто-нибудь другой) может тебе понравится, но половину он от тебя скроет. А душа, которая не стесняется быть собой перед тобой – это настоящее сокровище. Только пройдя определённые трудностью, ты можешь с уверенностью сказать, кто твоя родственная душа, и, что это сокровище по-настоящему твоё.
– Я слышал, что драко-у-оны очень любят сокро-у-овища,– поделился Рик, сворачиваясь клубочком на кровати.
– Кота пустим на воротник,– ровно ответил Ивар.
– Тогда тебя на сумку,– так же ровно отозвалась ведьма.
– Спасибо, что не сапоги, – усмехнулся дракон.
– Ты большой, думаю хватит и на сапоги,– гаденько улыбнулась в ответ.
– А не боишься?– приподнял бровь серебристоволосый, но не переставая усмехаться. – В ипостаси дракона ты мне на зубок.
– Я тебе чай вообще завариваю! Свой, фирменный! Как тебе в голову может прийти меня сожрать!?– "возмутилась" я, скрывая улыбку.
Тот рассмеялся и пожал плечами.
Кстати, о чае. Развернулась лицом к столику, взяла аккуратные, фарфоровые чашечки, и налила чай. Номер заполнил невероятный запах чая – чёрного, немного крепкого, и яркий – земляники.
– Две?– это я про сахар.
– Три.
– Кишки не слипнутся? – приподняла бровь, смотря на Ивара. Это же он ещё тортик будет.
– Не слипнутся,– передразнил он, как маленький мальчик.
Ну ладно. Бывают и такие вкусы. Насыпала сахар, помешала, вручила чашечку дракону.
– Это не мир,– серьезно сказал он, заглядывая мне в глаза.
– Перемирие, я знаю,– закатила глаза. – И вообще. После того, как это все закончится, мы автоматом заканчиваем обучение в Академии, и все...
Пока я это все говорила, взяла свою, тортик, и прошлепала босыми ногами до кровати. Плюхнулась на неё. Взяла ложечку, подняла её, помахала немного, и продолжила:
– Сво-бо-да!
– Кому как,– горько усмехнулся он.