Это был первый шаг. Хрупкий, ненадежный, но шаг к временному тактическому союзу. Они не стали друзьями. Они не простили друг другу прошлых обид. Но у них появился общий враг и общая тактическая цель.
В последующие недели Алиса и Сергей действовали согласованно по нескольким вопросам, где их интересы пересекались в противостоянии с Мариной. Они обменивались информацией (очень дозированно и осторожно), поддерживали инициативы друг друга на совещаниях (если это не шло вразрез с их собственными планами), совместно блокировали некоторые предложения Марины, которые были невыгодны им обоим.
Алиса чувствовала себя странно, работая в паре с человеком, которого еще недавно считала своим главным врагом. Это требовало постоянного напряжения, контроля над эмоциями и словами. Она ни на секунду не забывала, что этот союз – временный и что Сергей предаст ее при первой же возможности, если ему это будет выгодно. Она продолжала собирать информацию о его действиях, держала ухо востро, не доверяла ему никаких критически важных данных. Их союз был как тонкий лед – по нему можно было идти, но очень осторожно, постоянно проверяя прочность.
Марина и Ольга Петровна быстро почувствовали изменение баланса сил. Их попытки продвигать свои инициативы стали чаще натыкаться на неожиданное сопротивление со стороны объединенного фронта Алисы и Сергея. Это сбивало их с толку и замедляло их экспансию.
Тактический союз сработал. Он позволил Алисе нейтрализовать непосредственную угрозу со стороны альянса Марины и Ольги Петровны, выиграть время и укрепить свои позиции. Но она знала, что это лишь временная передышка. Война продолжалась, и следующий ход мог быть непредсказуемым. Хрупкий щит мог треснуть в любой момент.
Она открыла блокнот. Семнадцатый вывод был о циничной, но необходимой гибкости в выборе союзников.
Вывод Хищницы №17: «Враг моего врага – мой временный щит. Используй тактические союзы для защиты, но помни об их хрупкости и будь готова сбросить щит, когда он станет обузой».
Поцелуй Иуды (Предательство Союзника)
Тактический союз с Сергеем, каким бы хрупким и неестественным он ни был, принес свои плоды. Наступление Марины и Ольги Петровны было приостановлено, Алиса получила передышку и возможность сосредоточиться на своем проекте. Она даже начала допускать мысль, что, возможно, совместное противостояние общей угрозе сможет со временем перерасти если не в дружбу, то хотя бы в стабильный рабочий нейтралитет с Сергеем. Как же она ошибалась. Джунгли не прощают наивности, даже если эта наивность – лишь мимолетная надежда на рациональность противника. Урок о хрупкости тактических щитов ей предстояло усвоить на собственном горьком опыте.
Ее проект по оптимизации воронки, несмотря на первоначальные успехи, столкнулся с неожиданной проблемой. После очередного обновления общекорпоративной IT-инфраструктуры (совершенно планового и, на первый взгляд, не связанного с ее работой) метрики конверсии на ключевом этапе воронки резко просели. Не катастрофически, но заметно. Данные, которыми она так гордилась и регулярно «кормила» Орлова, поползли вниз.
Алиса и ее небольшая команда – Лена из IT и Максим из продаж – бросились разбираться. Лена предположила, что обновление могло затронуть какие-то скрипты или повлиять на скорость загрузки страниц, что негативно сказалось на пользовательском опыте. Максим сообщил о небольшом увеличении жалоб от клиентов на «зависание» сайта при оформлении заказа. Проблема была явно технической, временной и решаемой. Но она возникла в самый неподходящий момент – накануне очередного отчетного совещания у Орлова. Алиса понимала, что ей придется докладывать о негативной динамике, и это после череды победных реляций.
Она работала с Леной над диагностикой проблемы, пытаясь как можно быстрее найти причину и решение. Она еще не успела никому сообщить о возникших трудностях, планируя сначала разобраться и прийти к Орлову уже с готовым объяснением и планом действий.
Но информация в «МегаКорп» распространялась по своим, невидимым каналам. И кто-то – возможно, кто-то из IT, все еще лояльный Сергею, или просто неосторожный коллега – донес весть о проблемах с конверсией до ушей Вольского.