Алиса вздрогнула. Откуда он все знает? У него что, шпионы по всему офису? Она почувствовала прилив раздражения.
– Меня подставили! Я не делала этой ошибки! Это Сергей…
– А ты что? Расплакалась и побежала жаловаться маме? Или подружке, которая посоветовала подлизаться к обидчику и «сохранить мир»? – его голос был пропитан сарказмом.
Алиса вспыхнула. Он как будто читал ее мысли.
– А что я могла сделать?! Меня никто не слушал! Ольга Петровна поверила ему!
– Мир? С волками? Ты с ума сошла? – Константин понизил голос, его глаза стали жесткими. – Он не просто ошибся и спихнул вину. Он тебя прощупывал. Тестировал твои границы. Смотрел, проглотишь или нет. Уступишь сейчас – будешь жрать его дерьмо постоянно. Он поймет, что на тебя можно вешать всех собак. Запомни, девочка, урок номер три, и он, возможно, самый важный из всех: Документируй Всё. Твоя память, твои слезы, твои «я уверена» – это все ничто. Ноль. Email с точным временем отправки. Техническое задание с подписью. Протокол встречи, разосланный всем участникам. Вот твои единственные настоящие свидетели в этой войне. Никогда не полагайся на устные договоренности или «честное слово», особенно с теми, кто уже показал свою гнилую натуру.
Он сделал паузу, давая словам впитаться.
– Что ты должна была сделать вчера и что должна сделать прямо сейчас? Заткнуться и перестать себя жалеть. Открыть свою почту. Найти то самое письмо, которым ты отправляла данные Сергею. Найти вложение. Проверить цифры там. Если ты права – распечатать это письмо. И спокойно, без истерик, без обвинений, пойти к Ольге Петровне. Положить перед ней распечатку и сказать: «Ольга Петровна, я проверила данные, которые отправляла Сергею для отчета такого-то числа. Вот они. Здесь ошибки нет». Всё. Пусть она сама делает выводы. Предъяви ей не эмоции, а факты. Холодно и четко. Поняла?
Алиса слушала, и ее охватывал озноб. Это было страшно. Пойти против начальницы, которая уже вынесла свой вердикт. Пойти против Сергея, который наверняка будет в ярости. Но альтернатива – позволить себя растоптать – была еще хуже.
– Поняла, – тихо сказала она. Голос дрожал, но в глазах появилась решимость.
– Действуй, – коротко бросил Константин и пошел дальше по коридору.
Алиса вернулась на свое место. Руки тряслись, но она заставила себя открыть почту. Папка «Отправленные». Найти письмо Сергею за нужную дату. Вот оно. Открыть вложение – экселевский файл. Найти вкладку с проектом «Зенит». Проверить цифры… Да! Вот они! Те самые цифры, которые она помнила! Ошибки не было! Первоначальные данные были корректны! Облегчение и злость смешались в ней. Он не просто ошибся сам, он сознательно солгал, чтобы прикрыть свою задницу.
Она распечатала письмо и вложенный файл с данными. Несколько минут собиралась с духом, прокручивая в голове слова Константина: «Холодно и четко». Потом встала и пошла к кабинету Ольги Петровны. Дверь была приоткрыта.
– Ольга Петровна, можно на минуту? – Алиса постаралась, чтобы голос звучал ровно.
Начальница подняла на нее усталый взгляд.
– Что еще, Алиса? Я занята.
– Это насчет вчерашнего отчета. Я проверила данные, которые отправляла Сергею. Вот мое письмо от такого-то числа и вложенный файл. – Алиса положила распечатки на стол перед начальницей. – Цифры по проекту «Зенит» здесь верные. Ошибка, видимо, возникла на следующем этапе.
Ольга Петровна нахмурилась. Взяла листы, пробежала глазами письмо, потом таблицу с цифрами. Сравнила их с чем-то на своем мониторе. Наступила тишина, тяжелая, напряженная. Алиса стояла молча, чувствуя, как колотится сердце, но внешне стараясь сохранять спокойствие.
Наконец, Ольга Петровна отложила бумаги. Посмотрела на Алису долгим, непроницаемым взглядом. В ее глазах не было ни извинения, ни одобрения. Только холодная констатация факта.
– Хорошо, Алиса. Я поняла. Можете идти.
И все. Ни «извините, что обвинила», ни «я поговорю с Сергеем». Ничего. Но Алиса знала, что это победа. Маленькая, холодная, но победа. Она доказала свою правоту фактами.
Выйдя из кабинета, она почувствовала не радость, а странную пустоту и усталость. Она отстояла себя, но какой ценой? Отношения с Ольгой Петровной стали еще более натянутыми. А Сергей… она встретила его взгляд у кулера чуть позже. В нем не было и тени раскаяния. Только плохо скрытая враждебность. Она знала, что нажила себе врага. Но она также знала, что другого пути не было. Константин был прав: уступишь один раз – будут жрать дальше.