Всё-таки радостно, что у людей есть мотивация к работе.
В этих учебных центрах Борис Геннадьевич никого в плену не держит. А подготовку кадры проходят очень хорошую, одну из лучших в стране. Все прекрасно знают, что происходит в Российской империи, поэтому хотят помочь, поучаствовать.
Борис Геннадьевич даже задумался, хватит ли этих двенадцати тысяч, чтобы сменить власть в Греции, или понадобится отправлять ещё кого-то?
А потом рассмеялся от собственных мыслей.
Конечно, их хватит! Этот этаж уже седьмой год тренируется.
— Ладно, пора кого-то выделить ещё и в Персию, — с этими словами Борис Геннадьевич отправился к следующему полигону.
Глава 11
К назначенному времени мы с Маргарет подошли на встречу с китайским императором и его сыном. Нас пригласили в большой зал на первом этаже дворца императора — купели находились в резиденции правителя, так что долго идти не пришлось.
Помещение было оформлено в красных тонах. А император Китая Лю Цзяньлун вместе со своим сыном Ваном встретили нас в традиционных кимоно. Мы поклонились друг другу, согласно местным традициям. Затем обменялись стандартными приветствиями.
Поскольку я находился на чужой земле, то и следовал их традициям. Точно так же, как большинство делегаций стараются следовать нашим обычаям, когда приезжают к нам. Хотя бывают случаи, когда мы хотим наладить отношения и специально оформляем встречи в традициях страны-гостя. Такое бывало и с Китаем. Причём не раз.
Но их культура мне нравится, а потому это несложно. Есть в ней с одной стороны что-то загадочное, а с другой — родное. Поскольку наши страны находятся рядом, и в некоторых моментах культуры переплетались. Конечно, это можно заметить, только если покопаться глубоко в истории. Но мне уже не раз доводилось это делать, не только в этой жизни.
Мы присели на подушки около низкого стола, и слуги начали проводить чайную церемонию. Ароматный запах молочного улуна разлился по помещению, и Маргарет слегка улыбнулась.
А я подметил, что сын императора Ван странно на неё смотрит. Вернее, каждый раз, когда я отвожу взгляд от супруги, он использует возможность и смотрит на неё. Хм, интересно.
— Ваше Императорское Величество, — начал император Китая Лю Цзяньлун, когда слуги, наконец, оставили нас наедине. — Сперва я хотел бы поблагодарить вас за то, что не стали мешать в поиске виновных. Уверяю вас, что они были найдены и наказаны. Только они, более никто не пострадал.
Лю Цзяньлун имел в виду случай с лабораториями, когда кто-то из моих врагов проводил эксперименты на гражданах Китая. Это хотели использовать, чтобы рассорить наши страны. Но я смог найти выход. И Лю Цзяньлун сам решил эту проблему и наказал всех виновных.
Конечно, я не поставил всё на самотёк. И разведка постоянно следила за всем, что они делали на моих землях. Они и правда наказали только виновных. И сделали это тихо. Массовых протестов и недовольств народа после этого не последовало.
— Знаю, Ваше Императорское Величество, — кивнул я. — Следил за ситуацией.
— Рад, что мы смогли разобраться и наконец закрыть эту тему. Теперь мы уверены, что более нет лабораторий, в которых могли пострадать граждане Китая.
Я снова кивнул. И этот момент я тоже проверил. И устранил все лаборатории ещё до того, как до них добрались китайцы.
Когда мы разобрались с этой темой, Лю Цзяньлун повернулся к Маргарет и почтительно сказал:
— Наши с вами страны не были дружны раньше. Но теперь мы готовы к сотрудничеству.
Ради этого мы и прибыли сюда. Заранее узнали, хочет ли Китай наладить отношения с Австрией, и договорились о переговорах.
Разговаривали мы на русском, поскольку Маргарет китайского не знала. Фридрих Шестой не учил её этому языку, поскольку не планировал сотрудничать с Китаем. А Лю Цзяньлун хорошо знал русский, как и Маргарет. Мы решили не звать переводчика с немецкого, когда всем хорошо известен третий язык общей союзнической страны.
— Австрия будет рада наладить отношения с Китаем, — склонила голову Маргарет.
Она общалась почтительно и даже немного сухо.
— Ван, а ты что об этом думаешь? — император Китая обратился к своему наследнику.
Ван принял задумчивый вид. Было видно, что он не особо хотел участвовать в переговорах и его мысли были заняты чем-то совершенно другим. Молодость, что сказать…
— Отец, я вот думаю, насколько императору Дмитрию повезло, — слегка улыбнулся он. — У него настолько красивая жена, что я бы не задумываясь поборолся за её сердце.