Не успел Николаос Мегали договорить, как раздался звук тревоги. Король жестом велел срочно закончить эфир.
— Что случилось? — он спешно вернулся в командный штаб.
— Город в окружении, — с поникшим видом ответил Фотис Хадзис. — Теперь понятно, почему они практически не оказали сопротивления.
— Как в окружении? — выпучил глаза король. — Вывести все резервы!
Фотис Хадзис, как главный ответственный, молчал.
— И чего ты молчишь? — прорычал Николаос Мегали.
Королю это крайне не понравилось.
— У нас практически никого не осталось, Ваше Величество, — признался он. — Вы сами отправили все наши силы на осаду города Рамани.
— В смысле⁈ Я взял всего сорок тысяч!
— Ну да… Но мы не Персия или Китай, чтобы иметь миллионную армию, — напомнил Фотис Хадзис.
— Нужно срочно принимать экстренные меры, — король принялся судорожно рассуждать.
— Только вот с какой стороны подойти? — генерал схватился за голову.
Николаос Мегали стал мерить шагами зал — так ему легче думалось. И ровно через две минуты остановился и сказал:
— Со стороны трущоб. Они идут с той стороны, там столица наименее защищена.
Там врагам пройти проще всего из-за старых пунктов КПП и старых стен.
— Что? — поднял на него взгляд Фотис Хадзис.
— Отделяйте нижний город от остального и затапливайте, — приказал король Греции.
В столице имелись перегородки и шлюзы, способные отделять один район от другого.
— Пусть попробуют штурмовать нас на лодках, — усмехнулся Николаос Мегали.
— Но тогда все жители трущоб погибнут, — предупредил генерал Фотис Хадзис.
— И что? — королю было плевать. — Выполнять!
Глава 12
Первое время после возвращения из Китая я был занят некоторыми своими делами. Конечно, делами государственной важности, а других особо у меня и нет.
Навестил Эльбруков и даже привёл князя в столицу через портал. Хотя он сопротивлялся — всё хотел остаться в своих владениях, чтобы следить за перемещением вражеских войск, которые по факту сейчас стояли на одном месте.
Сам Освальд Эльбрук владел магией холода, поэтому мне хотелось, чтобы он взглянул на столицу. Однако, увидев происходящее, князь лишь присвистнул и сказал:
— Ваше Императорское Величество, я, конечно, очень благодарен за столь высокую оценку моих способностей, но это даже близко не мой профиль. Мне не по плечу совладать с подобным, — закончил он, покачивая головой.
Мы стояли на балконе императорского дворца. Сегодня метель усилилась.
— Я знаю, — кивнул я, поскольку прекрасно понимал, какой магический потенциал у Эльбрука. — Но мне хотелось проверить. Мы живём в удивительном мире, где всякое возможно. Однако в столицу я тебя привёл не для этого.
— А для чего же, Ваше Императорское Величество?
— Пойдём за мной, — я открыл портал, и князь без раздумий прошёл следом.
Вышли мы в одном из столичных парков, что располагался на возвышенности. Коммунальные службы расчистили тропинки от снега, поэтому люди не чувствовали реальной угрозы.
Мы прошли по аллее, и я остановился.
— Давай посидим на лавочке, и сейчас сам всё увидишь, — сказал я и плюхнулся на скамейку.
Освальд Эльбрук пожал плечами и последовал моему примеру.
— А сидеть обязательно? — поинтересовался он.
— О да, — усмехнулся я. — Поверь — лучше на лавочке, чем на земле.
Я вытянул одну руку к небу. Прямиком к магическому возмущению, создающему снежную бурю. Вторую руку положил на плечо Эльбрука.
Начал втягивать энергию из проклятья, если можно так назвать это явление, создающее вечную зиму над столицей. Но мне было проще всего окрестить его именно проклятием в своей голове.
Сила эта была очень мощной, ведь человек отдал целый истинный дар, чтобы всё это провернуть. И к тому же агрессивной.
Втягиваемая внутрь меня энергия была очень вредной для моего источника. В это проклятье или технику — без разницы, как называть — вложены все негативные эмоции своего создателя. И даже немного души. Не целостная оболочка, а то, что находится рядом с ней. Одарённый наверняка и сам не понимал, что творит, а иначе бы так не рисковал.
Я снова стал проводником. Очищая энергию от проклятия, я передавал её Эльбруку.
— Теперь ты станешь сильнее, — сказал я ему.
— Уже ощущаю, — серьёзно сказал он. — Хм, интересно, а в столице часто князья на лавочках спят?