— Будет исполнено, Ваше Императорское Величество, — Кутузов отдал честь и направился к своим офицерам.
Да, они победили. Соломоновы острова больше не были вражеской территорией. Но победа — это только начало. Теперь на этом острове нужно было наладить работу всех подразделений, организовать управление, установить линии снабжения с материком и окончательно закрепить эту землю за Российской империей.
Кутузов шёл по полю недавней битвы, отдавая приказы, координируя действия десятков отрядов. В его голове уже формировался план: где разместить гарнизон, как организовать патрули, каким образом наладить отношения с местными жителями.
Но краем сознания он всё ещё думал об отце. О человеке, который предал его и пытался убить не один раз, предал империю и предал всё, что когда-то было между ними. О человеке, который сейчас где-то прячется, планирует, плетёт новые интриги.
В следующий раз, когда они встретятся, исход будет другим. В следующий раз отец не сбежит. Кутузов поклялся себе в этом.
Сергей Захарович Лаврентьев сидел в своём кабинете в штабе разведки, неспешно курил сигару и методично изучал последние разведывательные сводки. Ничего особенно нового. Ситуация в Персии продолжала оставаться нестабильной, а северный фронт был заморожен.
Однако с наибольшим интересом Сергей Захарович следил за развитием событий в Австрийской империи…
Внезапно его размышления прервал резкий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, в кабинет ворвался его главный помощник. Мужчина был запыхавшийся, с горящими от волнения глазами.
— Сергей Захарович! — выпалил он.
— Что такое? — сразу спросил глава разведки.
— Его Императорское Величество украл остров!
Лаврентьев медленно вынул сигару изо рта и уставился на помощника. Несколько секунд он просто молчал, пытаясь осмыслить услышанное.
— Что? — наконец произнёс он. — Повтори.
— Император переместил остров, Сергей Захарович! Целый остров!
Начальник разведки приоткрыл рот от удивления. Он повидал за свою карьеру многое: дворцовые перевороты, политические убийства, хитроумные операции прикрытия, магические диверсии. Но украсть остров? Это что-то новое…
— Вы ничего не перепутали? — недоверчиво переспросил Лаврентьев. — Может, речь идёт о захвате территории? О высадке десанта?
— Нет, господин. Он именно переместил остров. Центральный остров из Соломонова архипелага, — помощник протянул ему планшет. — Вот, смотрите сами.
На экране воспроизводилось видео, снятое с одной из наблюдательных вышек на Сахалине. Сначала там был обычный морской пейзаж, холодные воды, серое небо. Затем воздух начал мерцать и искажаться, словно над раскалённым асфальтом. И вдруг ненадолго открылся огромный портал, из которого в воду плюхнулся остров!
Целый остров с пальмами, пляжами, скалами, с дымом пожарищ, с людьми и зданиями. Просто возник посреди океана в нескольких километрах от Сахалина.
Сергей Захарович протёр глаза. Посмотрел ещё раз. Прокрутил видео назад, затем снова вперёд. Это не было подделкой…
— Вот это да… — пробормотал он. — Это правда.
Он не спал. Это не было галлюцинацией. Император Дмитрий Романов действительно переместил целый остров. Но как? Как это вообще возможно?
Лаврентьев поднялся из кресла.
— Нам нужно выдвигаться туда немедленно. Соберите оперативную группу. Я хочу увидеть это всё своими глазами. Позовите Елисея, пусть немедленно откроет портал, — приказал Сергей Захарович.
— Будет исполнено! — отчеканил помощник и выбежал из кабинета.
Оперативная группа была сформирована с впечатляющей скоростью — всего через полчаса двадцать человек, включая самого Лаврентьева, стояли в специальном зале подземного дворцового комплекса.
— На сам остров открыть портал не могу, — пояснил Елисей, открывая портал. — Я никогда там не был, координатной сферы нет. Но Сахалин знаю как свои пять пальцев. Доставлю на высокую точку, оттуда будет хороший обзор.
Магический портал разверзся сиянием, и группа шагнула через него.
Холодный ветер Сахалина ударил в лицо Лаврентьева. Группа вышла на вершине одной из сопок, откуда открывался великолепный вид на океан.
— Красиво здесь, — улыбнулся Елисей, оглядываясь по сторонам.
— Красиво, — откликнулся Лаврентьев, но его взгляд был прикован не к суровым красотам Сахалина, а к тому, что появилось рядом с островом.
Там, где ещё вчера была лишь холодная вода Охотского моря, теперь высился новый остров. Тропический, зелёный, совершенно чужеродный в этих северных широтах.