— Когда-то Первый Император, возвращаясь с войны, любил проходить именно здесь, чтобы каждый человек видел, чего стоили ему и армии эта победа. Хорошая традиция, почему бы её не возродить? Давай пройдёмся и посмотрим, что скажут люди?
— Давай, — решительно кивнула Маргарет.
Пока мы шли, собравшиеся вокруг ограждений люди скандировали наши имена. Пожелания долгой и счастливой семейной жизни.
Пока мы шли, было много хороших моментов для нападения на нас. Но ни одного не произошло. Почему? Здесь я уже устроил защиту по полной. И не стал делать такое представление, как в Австрии.
Сегодня много наёмных убийц лишились жизни, даже не добравшись до этого места.
Под радостные крики толпы мы дошли до дворца.
У дворца во всеуслышание церемониймейстер огласил наши имена:
— Императрица Австрийской империи Маргарет фон Велонфельд и император Российской империи Дмитрий Романов. Встречайте!
Главные ворота дворца отворились. Внутри всё было украшено не менее величественно, чем снаружи. Там нас ждала элита российского общества с улыбками на лицах.
А ещё я заметил очень много восхищения, обращённого в нашу сторону.
Торжество началось с медленного танца. Заиграла спокойная музыка.
— Первый танец за нами. Окажи мне честь, — я галантно поклонился Маргарет и пригласил её.
Она с радостью приняла мою руку, и мы прошли в центр зала. Закружились в танце.
Я активировал свою ауру.
— Расслабься и отпусти силу, — велел я ей.
— Интересно, — улыбнулась Маргарет.
Она послушалась. И вышло так, что мы двигались, а сила императорских кровей волнами развивалась за нами. Как две необузданные стихии. Красиво вышло.
Маргарет улыбнулась. Ей понравилось происходящее.
— Этот день для тебя, наслаждайся, — сказал я супруге.
А завтра я отправлюсь на войну.
Глава 3
Маргарет находилась в австрийском дворце. У себя в кабинете.
На столе перед императрицей лежала кипа бумаг, с которыми предстояло разобраться, но взгляд девушки был обращён к окну. А с лица не спадала лёгкая улыбка. Маргарет позволяла себе подобные вольности — проявление эмоций — когда её никто не видит.
Ей бы заниматься государственными делами… И совсем скоро она обязательно приступит к самым срочным вопросам, которых за время торжества скопилось немало.
А пока… В голове одна за другой прокручивались моменты вчерашнего праздника в Российской империи. Не было всего того, о чём предупреждали австрийскую императрицу её новые советники — никаких долгих церемоний или напыщенных приёмов.
Сначала Дмитрий Романов перенёс её на главную площадь столицы. И вместе с Маргарет прошёл до дворца.
Как же императрица была счастлива в этот момент! Ведь императора и его новую жену приветствовала вся империя! Не было ограждений вдали от народа. Они стояли скорее для вида, даже на церемониях в Австрии ставят что покрепче.
Никого не гнали силой ни на площадь, ни обратно. Люди приходили сами и вели себя довольно прилично. Маргарет не видела ни одного человека, который бы попытался перелезть через ограждения или как-то навредить своим правителям.
Охраны тоже было мало. Однако Маргарет не чувствовала себя беззащитной в сопровождении Дмитрия. Каждый раз, когда он берёт её за руку, ей почему-то кажется, что этот человек может перевернуть весь мир.
Конечно, императрица не сомневалась, что попытки диверсий всё же были. Но их нейтрализовали так тонко, что никто не заметил подвоха.
Всё произошедшее ярко показало Маргарет отношение русского народа к своему императору. Его любят. Его уважают.
На этом примере Маргарет наконец поняла, что имел в виду её отец Фридрих Шестой, когда говорил об истинной личности императора. О том, к чему она должна стремиться!
Чтобы император или императрица могли передвигаться по стране без единого охранника, ходить и общаться с людьми. Чтобы у правителя не было страха в сердце в эти моменты.
Именно это вчера Дмитрий и сделал. Но ещё больше Маргарет восхитило то, что он совершил это во время массовых войн. Когда у Российской империи столько врагов, сколько нет ни у одной другой страны мира. Когда весь народ должен находиться в напряжении… Именно в это время Дмитрий устроил праздник и подарил своим людям радость.
С одной стороны, это удивляло Маргарет. А с другой — после вчерашнего она искренне захотела так же ходить по улицам Австрии.