Сейчас мои гвардейцы и тени проводили зачистку в этом месте. На базе одного эквадорского картеля. Хотя это скорее напоминало бандитский лагерь.
Кстати, не знаю, есть ли в Эквадоре разница между бандитами и картелями. Вроде бы одно и то же. Те же методы, та же жестокость, те же наркотики и оружие.
Здесь находились десятки построек — от относительно добротных бараков до покосившихся хижин.
Почему мы здесь? Нам требовался некий плацдарм, чтобы расположиться.
Именно сюда перемещался старший Разумовский. Магический след вёл прямо к этой базе. Возможно, у него были какие-то договорённости с картелем.
Сама база находилась в джунглях. Густая зелень окружала это место со всех сторон, закрывая базу от любопытных глаз.
Кстати, отсюда открывался красивый вид на город. Вот мы и решили прибрать эту базу к рукам.
Вокруг уже разворачивались многочисленные сражения. Один Одарённый огня пытался отбиться от моего гвардейца, но тот приближался всё ближе и ближе… Пока не подошёл вплотную и напрочь не заморозил его.
Второй представитель картеля пытался бросаться в моих людей молниями. Пока Кутузов не подкрался к нему со спины и не убил двумя росчерками меча.
Взрывы сотрясали землю: то кто-то из бандитов метнул гранату, то Одарённый стихии земли обрушил стену барака.
— Ваше Императорское Величество! — ко мне подбежал один из гвардейцев. — Мы нашли заложников или пленных. Или рабов. Пока непонятно, — пожал он плечами, а в глазах читалось беспокойство.
— Пойдём посмотрим, — кивнул я.
Гвардеец сопроводил меня в один из бараков через дымящиеся развалины лагеря. Прошли мимо группы пленных, сидящих на земле со связанными руками под присмотром моих солдат.
В бараке оказалось множество местных жителей. Их было примерно человек тридцать. Мужчины, женщины, даже несколько подростков. Все сидели или лежали на грязном земляном полу, связанные верёвками. Многие были в одних обносках.
— Освободите их, — приказал я. — Немедленно. И принесите чистой воды.
Гвардейцы бросились выполнять приказ. Начали разрезать верёвки, помогать людям подняться. Кто-то принёс фляги с водой, полевые пайки.
Местные жители смотрели на нас с недоверием. Но помощь принимали. Выбора у них особо не было.
Вскоре один из гвардейцев привёл нашего переводчика, и мы смогли переговорить. Среди пленных вышел один старик, который решился говорить от лица всех.
— Кто вы и как сюда попали? — сразу спросил я.
И переводчик перевёл вопрос. А затем начал синхронно переводить ответ. Так мы и общались:
— Нас забрали из деревень, — начал старик медленно, подбирая слова. — Три месяца назад. Может, четыре. Я уже сбился со счёта. Люди картеля пришли ночью. С оружием в руках. Забрали всех, кто мог работать. Мужчин, женщин, детей постарше.
— Для чего? — спросил я, хотя уже догадывался.
— Работать на плантациях, — ответил старик. — Они выращивают запретные растения в джунглях. Нам приказывали собирать листья, обрабатывать их. С рассвета до заката. Почти без еды. Без отдыха. Кто не мог работать… — он замолчал, сглотнув. — Тех убивали. Или избивали так, что они уже не могли работать, и бросали умирать.
Вокруг раздались приглушённые всхлипывания. Женщины плакали тихо, стараясь не привлекать внимания. Видимо, это привычка, выработанная месяцами страха.
— А этот барак? — кивнул я на окружающие стены.
— Нас сюда загоняли на ночь, — продолжил старик. — Связывали, чтобы не сбежали. Кормили раз в день объедками. Воду давали грязную, из реки, наверное. Многие из наших заболели. Трое умерли за последний месяц. Их тела выбросили в джунгли.
Я сжал кулаки. Гнев медленно поднимался внутри. Бандиты получили по заслугам. За такое обращение с людьми прощать нельзя.
И что мне теперь делать с освобождёнными? В Российской империи им явно делать нечего. Но и просто отпустить на все четыре стороны я их не могу.
— Подлечите их всех, — бросил я приказ своим людям. — Содержать в нормальных условиях.
— Сделаем, Ваше Императорское Величество! — отчеканил Кутузов.
Затем с помощью переводчика я снова обратился к людям:
— Когда мы закончим свою операцию, то уйдём отсюда. И вас отпустят.
— Спасибо! Спасибо! — начал кланяться тот старик.
Люди нормально это восприняли и не стали возмущаться. Хотя мне казалось, они захотят уйти прямо сейчас.
Но видимо, им уж очень плохо жилось до этого. И даже смену условий они уже воспринимали как спасение. Впрочем, очень скоро они окажутся на свободе и вернутся домой. Мы не собираемся надолго задерживаться в Эквадоре.