А вообще, количество воды, которое откачивалось из бункера, было невероятным. Скорее всего Разумовский использовал магию для усиления механизмов.
На шестой час я прекратил попытки. Потоп не удался.
К сожалению, портал внутри бункер открыть я тоже не мог. Во первых, никогда там не бывал. А во вторых, Разумовский предусмотрел возможность подобного проникновения, и установил хорошую защиту. Причем раньше в этом мире я такой не видел. Она идеально защищает от открытия порталов и перемещения теней.
Конечно, удержать от проникновения она меня не сможет. Но задерживает вот уже пол дня!
Умом понимаю, что рано или поздно я разберусь с магической защитой, но это может занять слишком много времени. А у нас его нет. В Российской империи тоже осталось немало дел, к которым нужно вернуться как можно скорее. Поэтому мы и начали атаковать бункер привычными способами. Для начала.
После потопа мы попытались засыпать бункер.
Наши Одарённые земли заняли позиции вокруг найденных входов в бункер. Перед этим я еще усилил их парочкой даров, так что сил им точно должно было хватить.
Они создавали оползни, обрушивали склоны горы, направляли тонны породы прямо на вентиляционные шахты и замаскированные двери.
Гора раз за разом содрогалась. Камни катились вниз с грохотом. Деревья падали, увлекаемые потоками земли и щебня. Облака пыли застилали всё вокруг.
— Фу, как грязно, — прокомментировала Алина, поморщив носик.
— Война никогда не бывает чистой, — усмехнулся я. — Особенно если пытаешься достать врага из-под земли.
Вторую половину дня Одарённые работали почти без перерыва. Целые участки склона обрушились, похоронив входы под десятками метров породы.
Но бункер выдержал. Крепкий, зараза!
Конструкция оказалась настолько прочной, что даже многотонные завалы не могли её раздавить или сломать хоть часть систем.
Разумовский-старший использовал магически укреплённый бетон и сталь, а сама структура бункера была спроектирована так, чтобы выдерживать землетрясения и обвалы.
— Он строил это как бомбоубежище как на случай апокалипсиса, Ваше Императорское Величество! — мрачно констатировал один из Одаренных земли, когда я приказал им закончить работу. — Там внутри, наверное, можно пережить конец света.
— Понял тебя, отдыхай. Вы хорошо поработали, — ответил я гвардейцу, и он слегка опечаленный тем, что в итоге ничего не вышло, отправился к своей палатке.
Я посмотрел на гору, наполовину изменившую свои очертания от наших усилий, и понял, что нужно использовать не совсем привычные методы.
А потому стал вызывать к себе призраков. Сидя в своей палатке, которую Кутузов окрестил центром управления, я активировал свой дар. И он тот чест начал приманивать всех призраков в округе.
Не знаю, какие мерзости проделывал в своем бункере Разумовский, но приведений пришло немало. Не меньше трёх десятков. Они заполнили палатку, проплывая сквозь стены и мебель, собираясь вокруг меня. И двадцать из них точно были имперцами. Остальные же оказались местными жителями Эквадора. Этих я отпустил сразу.
— Кто из вас готов послужить на благо Российской империи? Кто из вас готов пожертвовать своим существованием, и выполнив одно дело, отправиться на тот свет? — я встал и спросил у присутствующих.
Большая часть улетели сразу — не хотели столь быстро расставаться со своим посмертием. А из оставшихся восьми я выбрал того, которые сохранил большую часть энергии. Изучил каждого: проверил их энергетическую структуру, плотность эктоплазмы, силу связи с этим миром. И только одно привидение подходило для моей задачи. Остальных же я отозвал.
— Ты правда готов на такую жертву? Больно не будет, мёртвые неспособны испытывать боль. Но будет крайне неприятно, — предупредил я призрачного старика с густыми усами.
— Готов, Ваше Императорское Величество, — учтиво поклонился он. — Я уже тридцать лет не живу, а существую. Скитаюсь по этим проклятым джунглям, да наблюдаю, но не могу ни к чему прикоснуться, ни с кем не могу поговорить. Пора положить конец этим мукам. И освободиться.
— Тогда приступим, — я кивнул и раскрыл Кодекс Первого Императора.
Реликвия начал светиться. Сначала тускло, потом всё ярче. Страницы излучали золотистое сияние, которое становилось всё интенсивнее, пока не заполнило всю палатку.
Я протянул руку к призраку. Он подплыл ближе, и я коснулся его эктоплазматической формы. Это ощущалось так, словно я трогал густой туман.
Золотистый свет потёк из книги прямо в меня, а затем вышел через ладонь, касающуюся призрака.