Все это время тени стояли в стороне и завороженно наблюдали.
Пол завибрировал. Я всем нутром почувствовал, как от обелисков в сторону расходится энергия.
— А теперь, уходим, — сказал я и открыл портал.
Благо, в подземелье защита не работала. Это место позволяло открывать порталы.
Вышли мы на одной возвышенности, откуда открывался красивый вид на дворец. Алина встала рядом со мной.
— Что мы сделали, господин? — включила она режим допроса.
Её глаза горели любопытством, как у ребёнка, которому пообещали показать шоколадную фабрику.
— Ну скажите? Мне же интересно! Что теперь будет? На что это повлияло? А оно точно сработает? Как нам поможет.
Понимая, что она будет повторять это до бесконечности, я ответил:
— Понимаешь…
Договорить не успел. Потому что произошел мощный взрыв. Потоки энергии взмыли вверх. Он ударил в небо, пробивая облака. Грохот был таким, что его наверняка слышали за десятки километров.
До нас дошла ударная волна, и многие едва сумели устоять на ногах, и то благодаря магии.
И дворец перестал существовать.
Алина стояла рядом со мной, разинув рот.
— Вот это фейерверк… — протянула она.
Остальные тени тоже стояли в полном шоке.
— Когда-то я заключил договор с персами, что больше они никогда не нападут на Российскую империю. А мы взамен не добиваем их. Слово было нарушено. Поэтому считаю, что в своем праве поступить так, как поступил. Эти обелиски я сам оставил когда-то и предупредил о последствиях. Судя по всему, первые лет сто пятьдесят — двести они верили, потом перестали. А зря.
Объяснив суть дел, я открыл портал.
— Ладно, нам пора в столицу, — сказал я.
Алина по-прежнему смотрела на огромнейшую воронку, которая осталась от дворца.
— Пора, — поторопил ее я, и мы все прошли в портал.
Прошли уже сутки с начала штурма столицы Российской империи. И это очень удручало Ричарда Грейстоуна и остальных стран «Нового Рассвета». Почему удручало? Да потому что результатов нет!
А еще ходят слухи, что Германия проиграла, а ее император где-то пропал. Но правитель Британии считал это полнейшим бредом.
Сейчас поступает очень много разной информации, и всё проверять у спецслужб просто не хватает времени. Многие моменты сейчас остаются непонятными.
К тому же не все страны могут нормально между собой общаться и делиться информацией, даже состоя в одном союзе. Поскольку после того, что они сделали с Российской империей, отчасти они уже стали конкурентами. И этот накал между странами будет только усиливаться.
Каждый хочет откусить себе самый лакомый кусок от империи. И ни перед чем не остановится в этой цели.
А Вильгельм Адальберт фон Гогенберг всегда действовал тихо и за спиной своих союзников. Он всегда стоял особняком от всех, даже в коалиции. Поэтому и неудивительно, что он пропал. Явно что-то замышляет.
Эти выводы и озвучил император Британии на очередном заседании стран «Нового рассвета», которое проходило прямо сейчас.
Представители стран снова собрались в бункере на британских землях. Не проблема переходить сюда через порталы, когда император Ричард Грейстоун открывает для этого доступ. Но только из определенных точек, так что со стороны никто не проникнет.
Правители напряженно наблюдали за штурмом. Все они думали, что ополчение имперцев с допотопным оружием и остатки войск вообще ничего не смогут сделать. Но видимо, армия у Российской империи слишком хорошая. Или ополчение какое-то странное… Потому что союзная армия даже толком в город не может войти.
Сражения происходят постоянно, там принимают участие и Одаренные, которые бьют по стенам. Столица в плотном кольце. Но вообще никаких успехов… Отряды и даже целые батальоны заходят в город и там остаются. Навряд ли живыми.
А поскольку, никакая страна не хотела отдавать никому победу целиком, поэтому и не было единого командующего. Каждый командует своей армией самостоятельно, выставляет своих генералов.
Из-за этого происходит некоторый хаос. И тоже из-за этого возникает много непонятных моментов.
— Может все-таки отдадим командование кому-то одному? — внезапно предложил правитель Испании.
Сколько Ричард Грейстоун его знает, испанец производил впечатление здравомыслящего человека. И его предложения обычно были очень логичными.
— Согласен. Наш Говард Ритрих справится отлично, — кивнул Ричард Грейстоун.
— Нет, — возразил правитель Франции. Слишком он уж стал резким и вспыльчивым в последнее время. — Надо ставить нашего Марселя Пелье, он точно справится с ситуацией! Причем в кратчайшее время!