Он остановился перед массивной дверью с надписью «лаборатория». Приложил ладонь к сканеру. И дверь открылась.
Внутри его уже ждали. Двое охранников держали под руки человека в грязном лабораторном халате. Это был мужчина лет сорока, с всклокоченными волосами.
— Господин Разумовский, — один из охранников кивнул. — Привели, как вы просили. Новый специалист из последней партии заложников. Леонид Тарасов. Физик-артефактор из Петровского университета.
— Леонид, значит, — Разумовский подошёл ближе, заложив руки за спину. — Мне доложили, что вас ввели в курс дела относительно моего проекта. Вы изучили документацию?
— Изучил, — голос его был хриплым. — Это безумие! То, что вы пытаетесь создать…
— Меня не интересует ваше мнение о моральной стороне проекта, — холодно перебил Разумовский. — Меня интересует только одно. Вы способны его завершить?
— Теоретически — да. Мои предшественники проделали большую работу. Осталось решить проблему стабилизации энергетического ядра и…
— Сроки, — снова оборвал его Виктор Степанович. — Меня интересуют сроки. У вас есть две недели. Уложитесь?
Учёный побледнел.
— Это невозможно. Только на калибровку резонансных контуров уйдёт не меньше месяца! А ещё тестирование, отладка, проверка безопасности… Минимум три месяца!
— У вас нет трёх месяцев, — Виктор Степанович говорил ровно, без эмоций. — У вас есть две недели. И вы уложитесь. Если хотите жить.
Леонид дёрнулся, попытался вырваться из хватки охранников. Безуспешно. Теперь они будут тщательно следить за его работой до самого конца.
— Вы меня поняли? — строго спросил бывший канцлер.
— Да… да, — судорожно закивал учёный.
— Вот и отлично, — Виктор Степанович направился к выходу.
Хотя он итак знал, что учёный не выживет. И его жизнь интересовала куда меньше, чем неоконченный проект. Вернее, жизнь простых людей ему была вовсе безразлична.
Ему ещё нужно решить, как обезопасить эту базу от Дмитрия Романова в кратчайшие сроки. А это даже сложнее, чем закончить проект, который ведётся в этой лаборатории на протяжении уже трёх лет.
Фёдор Романов всё-таки приехал в Японию к своему дяде. Поселился в его особняке, выданном императором этой страны. Он сразу показался бывшему цесаревичу каким-то маленьким. Но дядя объяснил, что это уже четвёртый дом, который ему выделяют. Прошлые уничтожил Дмитрий Романов.
Первую неделю Фёдор осваивался. Разговаривал с императором… И понял, что его положение довольно плачевное. Придётся играть по правилам правителя этой страны.
И сегодня вечером Фёдор Романов как обычно заливал своё горе алкоголем в больших количествах. Сидел за столом своей комнаты в полном одиночестве.
Но вдруг зазвонил телефон. Это был Григорий Романов. Неужели наконец-то братец решил объявиться?
— Где пропадал? — сразу спросил у него Фёдор Романов.
— Прячусь… Как и ты, — голос на том конце казался каким-то обречённым.
— Гриша! Мы должны наказать его! — прокричал Фёдор Романов, вложив в эту фразу всю свою боль, что успела накопиться за это время. — Должны вернуть наш трон!!!
Часто, будучи пьяным, старший из братьев рассуждал, как это сделать. Но не мог подобрать идеальный вариант. Гриша может с этим помочь.
— Должны! — внезапно согласился брат. Хотя Фёдор Романов ожидал совсем другой реакции.
Они проговорили целых полчаса на повышенных тонах, обсуждая планы по свержению Дмитрия Романова. Делились идеями и пришли к одному варианту, который устроил обоих. Братья договорились, а потом Гриша отключился.
Фёдор Романов откинулся на спинку кресла с бокалом вина в руках. Устало вздохнул. И в этот момент зашёл один из его помощников.
— Господин, подготовить для вас машину? Ваш брат Григорий только что связался со мной и сообщил, где будет вас ждать. Мы сможем быстро добраться до назначенного места, — сообщил мужчина.
— Не надо никуда ехать, — отмахнулся Фёдор Романов.
Помощник вопросительно вскинул бровь.
— Займись другими делами, — велел ему Фёдор.
— Слушаюсь, господин.
И мужчина поспешно удалился из комнаты.
А Фёдор Романов задумался. Несмотря на все его намёки, Григорий так ничего и не понял. Не существует идеального плана, чтобы свергнуть младшего брата. Фёдор даже расписал Грише все недостатки выбранного варианта, но тот всё равно продолжал настаивать.
Старший был уверен, что брат позвонил только в поисках надежды. Никак не может успокоиться с мыслью, что больше ему не светит корона императора. Ну ничего… Скоро и до него дойдёт.