Надеюсь, племяшка короля Эрика хорошо себя чувствует в изнанке пространства и вскоре прольёт свет на кой-какие событийные моменты. Мышей в вотчине завались, расколю валькирию до ягодиц, а там и выработаю дальнейший план действий.
Несмотря на несколько глотков фекаловки, кровавые кадры всё ещё стояли перед глазами, распаляя гнев. Спускать с рук немчуре злодеяния перед человечностью я не собиралась, следующий шаг обязательно будет за мной.
Ежели сработает пернатый подарок Мораны, вопросов с рейдами вглубь территории врага не возникнет — по крайней мере, надеюсь, что птиц не станет артачиться, а иначе далеко идущие планы пойдут по причинному месту.
Собрав диски и не забыв прихватить пирамидку проектора, ещё раз осмотрела истинным взором лабу Регельдорфа, и не зря. В самом углу засекла едва различимое свечение магических плетений, скрывающих от чужих глаз большущий сейф. Защита у захоронки была скорее номинальной, нежели обстоятельной, вскрыть её не составило особого труда.
С десяток обманок, вереница капканов, запитанная на несколько резервных контуров сигналка остановила бы любого вора, но не меня. Вряд ли барон полагал, что в его кабинет пожалует системный хакер, а иначе бы установил что-то более весомое.
Тяжёлая дверца несгораемого ящика откинулась в сторону, и я с любопытством заглянула в объёмистое нутро. Пухлые пачки ассигнаций меня не интересовали в принципе, как и блоки золотых монет различного номинала, среди которых были и имперские червонцы, а вот тугие бархатные мешочки приковали внимание.
Бриллианты, да не простые, а разломные, в основном цветные, от яблочных до ультрамариновых, каждый весом не менее пятидесяти карат — неслыханное сокровище по нынешним меркам. Один такой мешочек тянет на десятки миллионов золотых, а их в сейфе около двух сотен. Тут не каратами впору мерить, а десятками килограммов. Это я удачно зашла — продуктивно. Алмазный фонд рода Нагих только что пополнился отменными камнями, и, возможно, я прямо сейчас потрошу общак «Туле», что вдвойне приятней. Брюлики переехали в хранилище, а я с чистой совестью продолжила мародёрить фрицев.
Следующим трофеем стала неподъёмная шкатулка из того же антимагического дерева, что и дверь, даже замочная скважина была сродная, но на этот раз ключик от ларчика лежал рядом.
Просветить взором предполагаемый Иггдрасиль не вышло, поэтому пришлось орудовать на свой страх и риск. На всякий случай зажмурившись, будто это нехитрое действо могло меня защитить от детонации установленного на дурака фугаса, дважды провернула ключ. Щёлкнули ригели, отпирая замок, — подрыва не случилось.
Открыв глаза, подняла крышку: внутри оказалось пять продолговатых предметов. Попробовав ухватить один из них, чуть не вывихнула кисть: пятнадцатисантиметровый цилиндрик весил никак не меньше пятидесяти килограммов и был не чем иным, как экранированным контейнером для хранения изотопов, и, судя по маркированию, не просто из редких, а из разряда хрен достанешь. Пять капсул — пять граммов радия-дельта. Оценивать в золоте прямо сейчас не имело смысла, так как ни одно государство не могло себе позволить приобрести такой объём редчайшего элемента.
Откуда он у фрицев — понятия не имела, они те ещё затейники. Знала лишь одно: содержимое сейфа никак не могло принадлежать занюханному баронишке. Да и сам тайник — не закладка на старость членам сообщества, а, по всей вероятности, чёрная касса рейха. Аккуратно захлопнув деревянную крышку шкатулки, прибрала сокровище в подпространство.
В основном отделении сейфа, кроме денег, ничего полезного более не нашлось, но выдвижные ящики порадовали аккуратно уложенными пеналами перфорированных дисков.
Найденные носители отличались от тех, что я затрофеила в лаборатории, — прежде всего меньшим размером и цветом. Проверять, что на них записано, времени не было, сгребла всё без остатка и перешла к следующему ящику, в котором оказалась одна-единственная папка с подробным досье.
Не особо удивившись, распылила файл тленом, сделав зарубку в голове — во что бы то ни стало устроить Фрекен Бок несчастный случай, с особым цинизмом. Только у этой стрёмной мадам имелась возможность съёмки и передачи рейховцам полусотни фото моей обнажёнки в гинекологическом кресле. Я могла бы спустить банальный слив жёлтой прессе, но не врагу. Предательство прощать нельзя, и казнь надобно устроить показательно изуверской.
Третий и последний отдел чуть не заставил пустить слезу умиления. Мнила, что после того, что обнаружила в сейфе, удивить меня будет нечем, но и тут барон превзошёл самые смелые ожидания: тринадцать мечей, цены которым не сложить, во всём великолепии предстали перед взором. Краем уха я слышала легенды о мифическом прозрачном металле под наименованием «транспаристаль», но думала, что всё это досужие байки. Оказалось, что даже то, что быть не может, однажды тоже может быть.