Буля, психанув, выполнила последнюю волю владелицы, задействовав «мёртвую руку». Превосходное название для абсолютного оружия. Только вот я предписаний не оставляла и даже не предполагала подобного расклада. Надо бы обсудить некоторые моменты с питомицей, иначе не видать мне достойного посмертия. Богиня Смерти — и та анафеме предала. А кому понравится, когда потенциальную паству под молотки пустили, не за хвост собачий?
Дар Дейно, Пемфредо и Энио оказался не таким уж никчёмным: око подарило целую секунду на анализ картины боя и построения схемы противодействия атакам — этого с лихвой хватило, чтобы вывезти поединок. Не будь в моём арсенале глаза Форкиад, бродила бы сейчас по выжженным пустошам, посыпая голову пеплом.
«Мара, не хочешь поведать рабе своей, кто такие пожиратели миров и как так вышло, что у меня симбиоз с одним из них?»
«Тебе эти знания ничего не дадут, козявка, но слушай, раз заняться нечем. Пожиратель — аномалия вселенского масштаба, существующая вне пространства и времени. По нынешней аналогии её можно сравнить с вирусом. Более века назад Мария участвовала в экспедиции на антарктическом материке, где и отыскала законсервированные во льдах споры. Пришлось вмешаться и экспроприировать опасные объекты. Сама видела, на что способна незрелая сущность. Ваш симбиоз случился благодаря крови. Ты, по доброй воле подкормив малютку, поделилась заложенной в геноме информацией, дала не только пищу, но и возможность развития, что послужило катализатором ваших связей. За синергией любопытно наблюдать, но если ты думаешь, что я каким-то образом влияю на симбионта, то это не так. Иномирная суть полностью игнорирует божественную волю и силу. Мне нечего ей противоположить. Отныне ответственность за поступки питомца лежит на тебе. Хочу, чтобы ты это поняла и приняла. Мир должен жить, даже если в нём не будет тебя. Донеси эту азбучную истину до пожирателя. Надеюсь, мы поняли друг друга?»
«Более чем. Если доведётся сдохнуть окончательной смертью, я не должна применять „мёртвую руку“, иначе меня ждёт анафема и вечные скитания между небом и землёй в полном одиночестве».
«Что-то вроде того, княжна, только вот не скитания, а вечный бой с отступниками за право дышать в междумирье. Поверь, каждый из них отдал бы душу, чтоб на минуту оказаться в аду и перевести дух, но не судьба».
«Да поняла я, не стращай! Все проблемы от недомолвок, могла бы предупредить, но нет же, натура у тебя такая — тень на плетень наводить!»
«Ольга, а ты сама-то чего от жизни хочешь? Сидеть у титьки и просить добавки или стать независимой, сильной фигурой? Опыт приходит через боль, кровь и пот. Нынче ты получила добрый урок, в следующий раз будешь умнее. Научишься различать знаки, читать между строк, анализировать информацию и действовать на опережение. Вижу твои мысли, сестра, хочешь спросить, кто устроил диверсию на арене? Я могла бы указать пальцем, но если ты приложишь минимальное усилие, то и сама это поймёшь. Так работает критическое мышление. Пользуйся головой, Оленька, иначе тебе ни в жизнь не взлететь».
«Кто бы меня спросил, хочу ли я летать. Но да ладно уж, благодарствую за глазки, что бы я без них делала!»
«Пользуйся на здоровье. Ночью жду в Нави, пора прогуляться в царство мёртвых».
«Обещалась — приду, я слово держу, могла бы и не напоминать. Бывай, ледышка, до скорого!»
Морана выветрилась из разума, а я обвела гомонящую толпу взором, выискивая нужную мне троицу. Ректор с проректором взгляд выдержали, а вот декан факультета чёрной магии, сделав вид, что прихватило пузо, отвернулся и потопал по направлению к Фрекен Бок. Проходя мимо, нарочно задел мадам эскулапа плечом и устремился к выходу. Спустя несколько секунд тётка, смешавшись с толпой, засеменила следом. Конспираторы, тоже мне.
Действительно, помощь Мары не требовалась: парочка должна умереть в ближайшее время, у меня уже и план готов. После допроса с пристрастием закину обоих в десятку — лягухам на радость. Надеюсь, засранцы проживут достаточно долго, чтобы осознать степень своей неправоты. Но в настоящий момент не до мести. Пора валить с арены, а то оглохла уже от недовольного ора.
Ликовали лишь соратники, хвостатые японки, да Её Величество скрывала довольную улыбку за роскошным веером, все прочие желали смерти.
Особенно не понравился канцлер: он глазел на меня без ненависти, будто решая, от какой части тела отрезать кусочек понежнее. Так мясник смотрит на тушу перед разделкой, и этот холодный цепкий взгляд не пророчил ничего хорошего.
Канцлер — второй человек в империи и, в отличие от того же Императорского Высочества, располагает действительной властью, сама императрица его опасается. Хуже врага не придумать.