Прыти, впрочем, из-за факта гибели транспорта, меньше у Демона ничуть не стало. Он продолжил нестись вперёд во весь опор, окрылённый ненавистью.
— Я вырву твой поганый язык, ничтожный смертный! — проревела эта махина, замахиваясь для сокрушительного удара сверху вниз.
На что он только рассчитывал, непонятно — до меня оставалось ещё не меньше десятка метров, когда он уже начал поднимать свою оглоблю. Мало того, что демонический фламберг был просто гигантского размера, так он ещё и был покрыт пламенем. Странно, я думал, что это фишка архангелов. Похоже врали.
От простого, я бы даже сказал — топорного, удара, я попросту уклонился. Ну не столбом же стоять и ждать когда тебя развалят от плеча до паха. Резня занял своё место в руке и привычно потянул Некрос. Вместо того, чтобы привычно окутаться некротическим пламенем, он создал энергетическую проекцию с собой в качестве сердечника. Заодно и массы умудрился нарастить. Так, что встречал я новый выпад демона клинком не меньших размеров.
Противник был силён. Чисто физически, он превосходил меня в разы. Видимо, подобно витамантам, развивал магию самоусиления. Не успел его меч воткнуться в землю, как он резко сменил направление атаки. Теперь меня хотели лишить ног. Лучше чем быть разрубленным, но тоже довольно неприятно. Я предпочитаю быть одним куском, а не по частям. Удар пришлось принять на жёсткий блок. Сил на это ушла уйма. В особенности магических — Сангвис не выдержал напора и встречал вражеский клинок собственной сталью. Проекцию он попросту прорубил. Благо, закалённый в душевном пламени, меч так просто не повредить и из этой атаки мы вышли если не победителями, то не проигравшими, точно. Заодно, и глубокую зарубку оставили, на память. Если ещё разок туда попасть, то можно и фламберг переломить. Только кто же мне даст это сделать.
Демоническое усиление тела, в отличие от жизнюковского, от моих проклятий спасало довольно опосредованно. Понос, конечно, наслать не удалось, зато общие ослабления легли хорошо. Движения архидемона стали замедляться. Пока совсем незачительно, так что он ничего не заметил. Продолжал размахивать своей ковырялкой и ревел что-то в духе:
— Бейся достойно, ничтожество! Что ты вертишься как пустынный червь в лавовом озере? — и всё в таком духе.
Заодно, я узнал как зовут моего противника — Баалзот Второй. Не то чтобы это была такая важная информация, просто он был уверен, что я так сильно впечатлюсь, что сам себе вырву язык, сердце и печень, чтобы смиренно преподнести их Владыке Преисподней. Кем-то меньшим он себя даже не позиционировал, пожри его гниль.
Максимально ослабить демона не удалось. Только довести его кондиции до условно нормального состояния. Сильнее — неоправданно большие затраты маны, слабее — будет слишком сильным.
С этим уже можно было работать, так что от тактики уклонения, я перешёл к контратакам. Сперва осторожно, прощупывая оборону. А потом, когда удалось выяснить, что демон часто пренебрегает защитой, надеясь на крепость доспехов, начать наносить ему, пока что, незначительные раны. Видимо он настолько привык к тому, что убивал всех своих противников стремительным натиском, что разучился воевать с равными бойцами.
От обилия мелких, но неприятных ран, демон бесился всё больше и больше, но сделать ничего не мог. Все его атаки и финты натыкались на Сангвис. Полу-разумный меч мастерски фехтовал, почти не требуя от меня дополнительных усилий, только энергии. Последней, пока что было вполне достаточно. Енот, после того как с его спины сняли главную угрозу, напал на основную группу загонщиков. Судя по потокам свежего Некроса, сокращать их поголовье у него удавалось достаточно оперативно. Во всяком случае, нас с главным рогатиком никто не отвлекал.
— Что-то ты совсем сдал, рогатый. Понятно, почему от тебя жёнушка гулять ушла. Пять минут и всё? — подначил я противника.
Ответом мне было рёв полный ненависти. И это было хорошо, а то он начал уже было остывать и думать головой, а не чем-то другим.
— Что, правда глаза колет? Хочешь, пару препаратов подскажу, они твоего дружка враз в строй вернут.
— Я вырву твой поганый язык, высосу твои глаза, а печень скормлю червям, ничтожный смертный! — проревел архидемон, бросаясь в безрассудную атаку.
Всё же приставка Архи давалась демонам не просто так. Это действительно были одни из сильнейших обитателей Инферно. Из тех, что имели разум, разумеется. Так то есть зверодемоны и посильнее. Эта машина для убийств едва не оттяпала мне ногу в длинном выпаде. Пришлось опять блокировать удар основой клинка, да так, что искры полетели. Вместе со стружкой с лезвия фламберга. Возвратным движением Баалзот, рассёк таки мой доспех в районе бедра, нанеся достаточно глубокую рану, но не задев кость. Разменом стала его рука. Левая.