– Точно не взяли?
Надежда вспомнила вчерашний разговор с Милкой, вспомнила, что та говорила ей о целой серии убийств, случившихся в городе, и что менты считают Веру четвертой жертвой этого самого маньяка. Впрочем, Надежду на этот счет терзали смутные сомнения.
Но ни в коем случае не нужно говорить об этом Ляле! Она и так здорово напугана…
И тут в голову Надежде пришла другая мысль.
– Значит, ты нашла ее, когда вернулась с обеда… а долго ты отсутствовала?
– Полчаса… – неуверенно ответила девушка. – Ну, или минут сорок, но не больше… а что?
Надежда закусила губу.
Ляля отсутствовала не больше сорока минут. После того как она ушла, они с Верочкой общались еще примерно минут двадцать. Потом Надежда тоже ушла, а вернувшаяся через двадцать минут Ляля нашла уже Верочкин труп… так что, выходит, Верочку убили сразу после ухода Надежды! И Надежда была последней, кто видел ее живой! Ну, кроме убийцы, разумеется. Потому что заведующая как сидела в своем кабинете, так и сидела до самого Лялиного вопля, надо думать.
Да, если об этом узнают в полиции, у Надежды будут большие неприятности…
Ляля хоть и расстроилась, но на ее аппетит это никак не повлияло, она съела и салат, и мясо с картошкой и с воодушевлением встретила появление официантки с десертом. Надежда, напротив, едва прожевала пресную рыбу и теперь пила кофе, который тоже показался ей жидковатым.
Надежда искоса рассматривала свою визави. Здоровая крепкая девица, ей место среди себе подобных, таких же, как она, мускулистых татуированных молодых людей, но никак не в районной библиотеке. Тут уж больно она выделяется, как куст цветущего чертополоха среди аккуратной цветочной клумбочки в городском сквере. Все, конечно, бывает, но как-то это не то чтобы подозрительно, но несколько настораживает. Кроме всего, ведь и зарплата в библиотеке крошечная, Ляля и сама все время твердит, что у нее денег нету.
– Жалко как Верочку, – Надежда решила действовать обиняком, – мы с ней много лет знакомы были. Хороший она была человек, добрый, отзывчивый, работу свою любила…
– Мне тоже жалко, – пригорюнилась Ляля, – она ко мне хорошо относилась, всегда советом поможет, исправит, если я накосячу. Не то что эта старая грымза, заведующая. «Вы совершенно не умеете работать! – прошипела она, очень похоже передразнивая заведующую библиотекой. – Вы не знаете элементарных библиотечных правил!» Тоже мне, наука, – добавила Ляля обычным голосом.
Надежда тут же сообразила, что Ляля до этого в библиотеке никогда не работала, раз заведующая ее воспитывает. И Вера говорила, что устроилась Ляля к ним всего два месяца назад…
Тут мысль эта выскочила у нее из головы, поскольку Ляля придвинулась к Надежде и зашептала тревожно:
– Посмотрите, там за столиком около окна сидит мужчина, мне кажется, он следит за нами! Ой, нет, не смотрите, не вертите головой, он заметит!
Надежда с подозрением взглянула на Лялю.
Что за странные фантазии! Похоже, что у этой девушки мания преследования… И тогда, во дворе библиотеки, все оглядывалась, как будто ждала опасности. Верно, напугалась вчера, когда Веру нашла. Да кто тут за ними следить-то станет, кому они нужны?
Однако Ляля с таким неподдельным испугом смотрела на что-то или на кого-то у Надежды за спиной, что Надежде невольно передалось ее беспокойство.
Она действительно не хотела вертеть головой и поступила иначе: достала из сумочки косметичку, из косметички – пудреницу с зеркалом и заодно тюбик губной помады.
Во-первых, так выглядело естественнее, во-вторых – она вспомнила свою московскую тетку, которая говорила: каждый раз, как проходишь мимо зеркала, поправь прическу, выходишь на лестницу хоть к мусоропроводу – подкрась губы, а уж если идешь в магазин – сделай полный макияж…
Итак, Надежда аккуратно подкрасила губы и только после этого повернула зеркальце так, чтобы увидеть того человека, который так перепугал Лялю.
Это был мужчина средних лет, с довольно приятным интеллигентным лицом и маленькой, аккуратной бородкой.
Лицо его показалось Надежде знакомым. Она напрягла память и вспомнила, что видела этого мужчину накануне. Когда она выходила из библиотеки, он как раз туда входил…
Надежде показалось, что мужчина с бородкой смотрит прямо на нее, и она поспешно спрятала пудреницу, причем едва не уронила ее, до того вдруг затряслись руки.
– Это он! – прошипела она, сделав страшные глаза.
– Кто – он? – таким же свистящим шепотом спросила Ляля.