Надежда выстрелила наугад, но, судя по смущенному виду племянницы, попала точно в цель.
– А тетя моя такой сложный характер имела, что к ней лишний раз и зайти побоишься! А яблоки она вообще не любила… они ей были противопоказаны…
– Тем не менее, как только тетя скончалась, вы про ее характер забыли и тут же появились, чтобы вещички прибрать! И, как вижу, уже много чего набрали…
– А если я ее законная наследница…
– А если вы законная наследница, то положено полгода ждать! Это всем известно! Вы вообще как в ее квартиру попали? Небось дали взятку управдому!
– Какая взятка! Какая взятка! Всего пять тысяч ей дала! – выпалила племянница и тут же прикусила язык, но было уже поздно: слово – не воробей.
– Пять или не пять – это все равно взятка, и за нее положена уголовная ответственность!
– Женщина! – Племянница сложила руки. – Откуда вы на мою голову свалились?
– Я же сказала – из библиотеки. Ваша тетя книги вовремя не сдала, вот я и пришла, чтобы разобраться.
– Какие книги! – воскликнула племянница.
– Известно какие – библиотечные. У нас на них, между прочим, очередь. Некоторые читатели еще перед Новым годом записались. Кстати, вы их, как единственная наследница Алисы Викторовны, обязаны незамедлительно вернуть. А сами здесь не должны хозяйничать, пока не вступили в права наследства, а это не ранее чем через полгода, это всякому известно…
– Да пока полгода пройдет, тут все до крошечки вынесут! – простонала племянница. – Я вот всего на несколько дней опоздала, так и то здесь кто-то уже похозяйничал!
– Похозяйничал? – быстро переспросила Надежда, снова оглядывая квартиру. – Вы хотите сказать, что в квартире вашей тети побывали грабители?
– Кто-то здесь точно побывал. Все как есть перерыто, вверх дном перевернуто…
– И что – что-то ценное пропало?
– В том-то и беда, что не знаю! – вздохнула племянница. – Может, что и пропало. Я же у тети редко бывала, так не знаю, что у нее было ценное. А сейчас почти ничего хорошего не нашла… а что касается книг, то как раз книги-то все были перерыты и на пол сброшены, как будто в них что-то искали… если вам какие-то книги нужны – забирайте, мне они без надобности!
– Мне ничего лишнего не надо, – строго возразила Надежда. – Я, в отличие от вас, на чужое не зарюсь. Мне нужна только библиотечная собственность…
– Ищите вашу собственность! – племянница покойной равнодушно махнула рукой. – Меня ваши книжки не колышут! Только мою собственность не троньте…
Воспользовавшись этим разрешением, Надежда принялась просматривать книги покойной Алисы Викторовны.
Она сама не знала, что надеется найти, и полагалась больше на свою интуицию, на пресловутое шестое чувство и на знакомое ей покалывание в корнях волос, которое началось с того момента, когда она вошла в квартиру, и с тех пор только усиливалось.
Книги у покойной были самые разные – и обычная художественная литература, собрания сочинений советских времен в твердых солидных переплетах, и исторические романы более поздних изданий в ярких завлекательных обложках. Но больше всего было изданий, так или иначе связанных с этнографией и антропологией – книги о первобытных народах Южной Америки, Австралии и Океании, о племенах Индонезии и Центральной Африки, о малых народностях Восточной Сибири и Дальнего Востока. Также были здесь и сугубо научные книги – «Структурная и сравнительная антропология», «Сравнительное языкознание финно-угорских языков», «Семантическая структура древних и современных славянских языков», «Национальная динамика и лингвистические процессы в двадцатом веке» и еще какие-то, с совершенно неудобоваримыми названиями.
– А что, ваша покойная тетя занималась этнографией? – спросила Надежда племянницу покойной.
– На пенсии она была! – отмахнулась та.
Надежда поняла, что задавать ей вопросы о научных интересах Алисы Викторовны бесполезно. Тетя интересовала ее только в части принадлежащего ей движимого и недвижимого имущества, на которое можно было наложить лапу.
Она перебрала большую часть книг, но не нашла среди них ничего, что могло бы как-то объяснить убийство.
На полу осталась последняя небольшая стопка. Надежда наудачу подняла верхнюю книгу – «Обычаи и поверья малых народностей Забайкалья».
Книга выскользнула из ее руки, упала на пол и раскрылась. При этом из нее выпала фотография.
Надежда подняла эту фотографию и взглянула на нее.
Это был простой черно-белый снимок, довольно плохого качества, к тому же выцветший от времени. На нем были три женщины – две молодые, одна постарше. Женщины были одеты по-походному – сапоги, заправленные в них брюки, непромокаемые куртки и шляпы с накомарниками. Фотография была сделана на вершине большого холма, вокруг которого простиралась бескрайняя тайга, прорезанная серебристой полосой реки.