Перед тем как уйти, тот из делегации, который немного знал русский, предложил обсудить нюансы вечером, в ресторане. Фирсов, разумеется, дал согласие.
До самого вечера я сидела за своим столом, усиленно работая. Пропустив всего один день я организовала себе настоящий завал. Павел тоже ушёл с головой в дела, так что пересеклись мы всего раз или два и то ненадолго.
Заходила Саша. Задавала мне вопросы про Фирсова, на которые я совершенно не собиралась отвечать. Слава Богу, в дверях появился Павел, а у меня — шанс сбежать от любопытной секретарши.
Мы ехали молча. Фирсов за рулем, я — рядом на пассажирском. Инвесторы уже ждали нас за столиком неполным составом. Один из них, рыжий, с которым я общалась на английском в первый день работы и который, по заверениям Павла, остался доволен моей компетентностью, сегодня чуть не довел меня до инсульта. Сейчас же, оба они радушно улыбались, приветствуя нас.
Как и днем, беседа протекала на смеси финского, английского и, частично, русского. «Омега» часто пересекалась по рабочим вопросам с Финляндией, уж не знаю почему, но, учитывая это обстоятельство, а также мои способности к языкам, пару недель назад я усиленно начала учить финский. Но к середине утренней встречи, я поняла, что разговорник, который купила наспех, можно выбросить в помойное ведро. Потому как поняла я далеко не многое.
Сейчас нами обсуждались моменты, которые в договорах ёмко обозначают словом «прочее». Я улавливала суть кусками, и то благодаря тому, что иногда мы переходили на английский. С официальных тем вскоре получилось перейти на нейтральные и даже немного расслабиться и посмеяться.
Когда один из инвесторов ненадолго вышел, а за столом со мной и Павлом остался только рыжий, который почему-то обратился к Павлу на финском, я невольно прислушалась к их разговору. Но, опять же, понимала только урывками.
— …Tyttö on mielenkiintoinen ja kykenevä*… — разобрала я часть монолога рыжего.
(Девушка интересная и способная* — фин.)
Павел что-то серьезно ответил ему, но я не разобрала. Он сделал глоток из стакана с водой, поставил его на стол и, одернул рукава рубашки, торчащие из-под пиджака. Рыжий с какой-то странной ухмылкой посмотрел на меня, потом на Павла и будто с вызовом или издевкой сказал моему начальнику:
— En työskentele sinulle*.
(*Я на вас не работаю, — фин.)
По лицу Фирсова прошла рябь. Я отчетливо это видела и понимала, что фраза финна вряд ли была простой констатацией факта.
— Tyttö noudattaa myös tätä sääntöä*, — сквозь зубы ответил рыжему демон.
(*Девушка придерживается того же правила, — фин.)
Рыжий усмехнулся, почему-то посмотрел на меня и снова перевел на Павла хитрый взгляд.
— Saa nähdä*, — хмыкнул он и откинулся на спинку.
(*Посмотрим, — фин.)
Вот и помог разговорник. Не то, чтобы очень, но все же. Хотя, я так и не поняла, куда собрался смотреть рыжий, о каких правилах они говорили и какую девушку имели в виду. Но взгляд инвестора мне не понравился. Слишком уж долго и внимательно он изучал моё лицо.
Ближе к полуночи, все стали расходиться. Я стояла у двери, натягивая плащ, когда плавной походкой ко мне приблизился рыжий и на плохом английском спросил:
— What are your plans for the evening?*
(*Какие у вас планы на вечер? — англ.)
Видимо, мое лицо в этот момент уж слишком сильно выразило возмущение, потому как мужчина быстро добавил:
— We didn't discuss a couple of issues and l… *
(*Мы не обсудили несколько вопросов и я… — англ.)
— Алиса, — внезапно за моей спиной раздался голос Фирсова.
Он равнодушно приближался, сдвинув брови глядя в экран смартфона.
— Боюсь, вы мне сегодня ещё нужны. Сейчас надо заехать в офис и…
Он поднял голову, заметив, наконец, рыжего и перевел взгляд на меня.
— … Если, конечно, у вас нет планов.
— Нет. Никаких планов нет, — я быстро шагнула к Павлу, прячась от рыжего за широкой спиной начальника, безмерно радуясь его своевременному появлению.
Инвестор еле заметно дернул губой, сунул руки в карманы и, кивнув нам на прощанье, ушел искать коллегу. А мы с Павлом вышли из ресторана и погрузились в его машину.
Фууух. Как же вовремя. Даже несмотря на то, что мой рабочий день давно закончен, я лучше поеду в Фирсовым в офис копаться в бумагах, чем хоть куда-то с этим тараканом. Ясное дело, какие вопросы он собрался решать. Тоже мне, решала финский.
— Алиса, — послышался рядом осторожный голос, и чья-то рука потрепала меня по плечу.
Я открыла глаза и поняла, что задремала, пока мы ехали. Посмотрев в окно, узнала свой дом.
— А как же… офис?
— Потерпит до завтра. Отдыхайте.
Очень. Очень длинный и сложный во всех отношениях день. И лучшее в нём то, что он, наконец, закончился.
До пятницы я как сыр в масле каталась. Работы было много, но, поскольку Фирсов держал данное мне обещание и вёл себя, как адекватный человек, трудовые будни проходили для меня вполне комфортно. По крайней мере, теперь он не орал без дела. Мне даже показалось, что начал больше прислушиваться. Тем не менее, контракт с «Максимой» все еще висел на волоске, и мы пахали в три смены, нарушая рабочий режим иногда на несколько часов.
В пятницу я вернулась домой непривычно рано. Меня встретила Надя с загадочным видом и бутылкой вина.
— Элис, у меня к тебе серьезный разговор.
Я сжалась. Этот Надькин тон ничего хорошего уж точно не сулит.
— Чего скукожилась-то вся? — засмеялась подруга. — Проходи. Обещаю не кусаться.
Она усадила меня за стол, откупорила бутылку и, разливая бордовое вино по заранее приготовленным бокалам, начала свою речь.
— Элис, я тобой горжусь. Да что там, восхищаюсь, — она улыбнулась, но верить ей я не спешила. — Только ты так мастерски умеешь прозябать сутками в офисе и при этом не умереть от скуки и хронической усталости.
— Да я не…
— Подожди, — она поставила бутылку и сунула бокал мне в руки. — Ещё немного в том же темпе и ты превратишься в зомби. Цвет лица у тебя уже итак стал серее, чем был.
Я обиженно поставила бокал, но Надя, цокнув, снова его подняла и впихнула мне.
— Но ты — счастливица, Элис. Потому что что?
— Что?
Надька задорно улыбнулась и развела руки.
— Потому что у тебя есть я.
— Что-то меня начинает пугать русло этого разговора, — я нервно глотнула вина и продолжила слушать.
— Пугать тебя я не собираюсь. Если только ты не боишься комаров и ночных птиц. Ну и, возможно, волков. Или еще каких диких зверей… Я не уточняла…
Я вытаращилась на неё, а Надька снова рассмеялась.
— Видела бы ты своё лицо. Шутка, Элис. Ты со своей работой совсем разучилась воспринимать юмор.
— Так может ты уже просто скажешь, что задумала, и прекратишь меня пытать?!
— Ну всё, всё. Не заводись, — она снова хитро улыбнулась, откашлялась и, выудив из кухонного ящика какой-то буклет, протянула его мне. — Я забронировала нам номер в эко-отеле за городом. На два дня. Выезжаем завтра утром, так что сейчас допьем и пулей собираться.
— Нааадя, — застонала я, недовольная, что эта нахалка опять решает всё за меня.
— Ничего не хочу слышать! Пей и собирайся.
Давя в себе желание возмутиться, я подумала, что не такой уж это и плохой вариант. Отдых, да еще и за городом. Подальше от шумного трафика, офисных зданий. Сказка.
— На чем мы туда доберемся? Это же далеко, наверное.
— Воооот, это мне уже нравится, — Надя радостно обняла меня за плечи. — Я все предусмотрела. Мы вызываем такси, доезжаем до точки, где нас заберет специальный транспорт. И дальше уже напрямую до места.
— А обратно?
— Скорее всего, так же. Но вообще, как пойдет. Может, ты решишь там задержаться.
— Ага, а работать за меня кто будет?
Надя пожала плечами, звякнула своим бокалом о мой и осушила его одним махом.
Утром мы, разумеется, проспали. Таксист прождал нас минут пятнадцать, прежде чем мы вывалились из подъезда с вещами. Но Надька была на удивление спокойной. Чуть позже я поняла, почему.
Доехав до так называемой «точки», я остолбенела, когда увидела «специальный транспорт», который должен был отвезти нас на место.
В нескольких метрах от нас, опираясь спиной на дверь внедорожника, с довольной моськой стоял Роман. А рядом с ним, сложив на груди руки, с таким же, как и у меня, недоумением на лице — Фирсов. Оба смотрели на нас.
— И что это за хрень?! — я захлопнула дверь такси, и гневно посмотрела на Надьку, нутром чувствуя подставу.