Фирсов молча кивнул и махнул мне рукой, пропуская вперёд на освещенную тропу.
Я выходила из этой темноты на свет, словно оставляя что-то там, на берегу. Обретя внутри себя нечто новое, незнакомое до этой минуты. Но что именно это было, понять мне мешала гамма эмоций и мыслей, крутящих лопасти в моем мозгу с нарастающей скоростью.
Все время до отеля Павел шёл позади. Молча. Уже в коридоре, у самого номера я обернулась, чуть не воткнувшись лицом ему в грудь, как в тот день, перед собеседованием. Он резко остановился, вдохнул и посмотрел на меня своими блестящими черными глазами. Сердце заколотилось быстрее, а в голову ворвалась единственная мысль. Каково это, ощущать на губах его поцелуй? Шагни он всего на пять сантиметров ближе и мы бы узнали это опытным путём…
Но мне вдруг резко вспомнился похожий коридор. Коридор отеля, в котором неделю назад проходила конференция. Тот самый, в котором после ссоры со мной Фирсов зажимал блондинку, открывая дверь своего номера..
— Спокойной ночи, Павел Борисович, — резко отшатнулась назад и отвернулась к своей двери.
— Спокойной ночи.
Он открыл дверь своего номера, который по «случайному» стечению обстоятельств, располагался напротив моего. Хлопнул дверью.
— Дура, — ругала я себя, шаря в сумке в поисках ключа. — Размечталась. Нужна ты ему, как собаке пятая нога. У него таких…
Шмыгнув носом, я вошла в темный номер, закрыв за собой дверь.
После отвратительной ночи, мой беспокойный сон прервал стук в дверь. Я ни секунды не сомневалась в том, кто стоит по ту сторону.
— Доброе утро, — Надя замерла с поднятой вверх рукой и виноватой моськой. — Поговорим?
Я распахнула шире дверь, впуская подругу в номер.
— Ну, во-первых, прости. Я не думала, что так получится. А во-вторых…
Надя робко села рядом со мной на кровать.
— Что во-вторых, Надь? — тихо, с нотками обиды в голосе спросила я.
— Мы правда хотели, как лучше… Поговорили с Ромкой, поняли, что без помощи вы еще не скоро решитесь открыться друг перед другом…
— В чем?
— Элис, от меня скрывать уже поздно. Я слишком хорошо тебя знаю. К тому же, твоя реакция на ужине сказала гораздо больше слов…
Подруга игриво улыбнулась. Меня же все это начинало злить. Какого хрена?!
— А ты не подумала, что мне просто было неловко? Что неприятно было что-то кому-то показывать?
— В этом нет ничего плохого! Тем более, что это взаимно.
— Да с чего ты взяла, что взаимно?! — вспылив, я вскочила на ноги и встала напротив неё.
— Это очевидно. Только слепой бы этого не увидел.
— Ммм. Очевидно, этот же слепой и не видел, как он тащил к себе в номер первую попавшуюся бабу.
Выпалив это, я пожалела о сказанном и, если бы была возможность вернуть сказанное, не говорила бы вовсе. Но Надя уже приняла информацию к сведению и серьезно сдвинула брови.
— Какую еще бабу?
— Я откуда знаю, какую. Он мне её не представил перед тем как в номер затащить.
— Вчера? — удивленно распахнув глаза спросила Надька.
— На конференции…
Мне пришлось рассказать ей обо всем, что было тогда. Обо всем, о чем так не хотелось бы рассказывать хоть кому-то. К концу моего рассказа Надя переменилась в лице, а её вид стал ещё более виноватым.
— Прости, я же не знала всей картины…
— Это его дело. Его жизнь. Я не вправе его осуждать. Но, очевидно, что ко мне он если и питает какие-то чувства, то максимум — уважение, как к ассистенту.
— Элис, если бы я знала… Ромка сказал, что…
— Я очень вас попрошу больше не пытаться наладить мою личную жизнь. Даже из благих побуждений.
Надя кивнула мне и с видом побитой собаки вышла.
Воскресенье прошло гораздо спокойнее. Друзья наконец оставили свои попытки свести нас с Павлом. Большую часть дня я провела с Надей за всевозможными женскими штучками, начиная от йоги и заканчивая СПА. Домой ехали молча.
Утро понедельника ничем не отличалось от остальных. Я привычно сидела вместе с Павлом в его кабинете и придумывала, что и как лучше сделать, чтобы ухватить, наконец, за хвост выгодный во всех отношениях контракт.
— Значит, решили. Внесете правки в приложение и потом ко мне.
Я тряхнула головой, пытаясь сосредоточиться.
— В приложение? А разве…? А, да. Не выспалась после выходных. Туго соображаю.
Фирсов усмехнулся.
— Не удивительно. Вернулись уже под ночь.
— На природе как-то быстро забывается, какие в городе пробки. Вот и встряли.
— Но отдохнули хорошо, — сказал Павел, чуть сбросив свою привычную серьёзность.