— Так нет его?
— Нет! — снова крикнула и разглядела в его глазах огонек. — Идиот ревнивый!
Павел резко притянул меня к себе и поцеловал. Мир растворялся в этом поцелуе. Стирались грани реальности. Весь пыл ссоры выливался в такую страсть, что мы оба едва не дымились, стоя у такси, рядом с его подъездом.
— Ведьма! — рычал он, отрываясь на доли секунды от моих губ. — Чертова ведьма!
Его голос, тепло его рук, поцелуи, которыми он жадно усыпал меня, доводили до такого состояния, в котором соображать здраво уже было нереально. У меня напрочь срывало крышу только от того, как он шептал моё имя.
— Какая же ты зараза, Лисова!
Сама не знаю, почему, я довольно расхохоталась. Как же заводит это его возбужденное бурчание. И как меня саму возбуждает тот факт, что я с ним это сделала. Из-за меня он сходил с ума все это время. Из-за меня бесился и орал. Только лишь оттого, что не смог совладать с самим собой, со своими эмоциями.
И без того настойчивые движения его рук становились наглее с каждой секундой. Он сжал мою ягодицу, придвинул меня к себе, так что я уперлась в его стояк и, не выдержав, простонала ему в губы:
— Пааааш…
Коротко рыкнув, он развернул меня спиной к стене у двери подъезда. Продолжая целовать, вытащил ключи из кармана, на ощупь открыл домофон, дверь, и затащил меня внутрь.
Лифт ехал невыносимо долго. Все это время я изнывала от желания ощутить пальцами его кожу, залезть под эту кипенно-белую рубашку и трогать его столько, сколько захочу. В нетерпении, запускала пальцы между пуговиц, под воротничок, гладила его жилистую шею и чувствовала, как намокает моё белье.
Как только мы вошли в лифт, Павел задрал подол моего платья. Поднял выше ногу и гладил бедро, поддевая большим пальцем резинку чулок. Сжимал мышцы, вонзаясь в них подушечками пальцев, крепче притягивая меня к себе, будто боялся, что я могу ускользнуть. Да ни за что! Под страхом смерти не променяла бы ни на что эти объятия.
Голову кружило от запаха его парфюма, от его ласк, близости и самого факта происходящего. В прошлый раз нас бесцеремонно прервали. Ума не приложу, как мы оба выдержали столько времени. Идиоты! Упертые идиоты!
Не включая свет, Фирсов продолжил нападать на меня уже в квартире. Мы что-то роняли на ходу, сами чуть не упали, пока пробирались к спальне. Павел нащупал бегунок на платье и потянул вниз. Обеими руками, поднял моё лицо, нежно провёл ладонями по шее к плечам. Повёл ниже, стягивая платье. Я прерывисто вдохнула, когда ткань опустилась на пол, оставляя меня стоять в одном белье, с торчащей, обнаженной грудью.
— Подожди, — он оторвался от меня, сделал шаг назад и нашарил что-то в темноте. Раздался щелчок и тусклый свет залил комнату. — Я хочу тебя видеть.
Он разглядывал меня, каждый сантиметр. Но, что удивительно, я не испытывала ни малейшего смущения. Напротив, сильнее возбуждалась от его горящего взгляда, от его тяжелого дыхания, от того, как натянулась ткань брюк на его ширинке. Он снова целовал меня, проводил руками по обнажённой коже спины, ласкал грудь, спускался к трусикам.
Я ковыряла трясущимися пальцами пуговицы, но смогла расстегнуть только две. Зарычала и дернула полочки в разные стороны. Злосчастные пуговицы отскочили и покатились по полу. О, как давно я мечтала это сделать!
Фирсов хищно ухмыльнулся, помог мне сдернуть с себя рубашку, чуть притормозив с узкими манжетами. Наконец, я могу его коснуться, гладить его грудь, плечи, пресс. Обняла, прижимаясь твердыми сосками к его горячей коже. Идеальные руки Павла спустились по моей спине ниже. Он подхватил меня под попку, поднял вверх. Я обняла его ногами за талию, руками продолжая поглаживать шею, тату на ней, его волосы, темные и шелковистые. А он все так же крепко меня целовал.
Так же наощупь, Фирсов сдернул с кровати покрывало и мягко опустил меня, нависая сверху. Контраст между его горячим телом и прохладными простынями, запустил новую волну возбуждения. Я выгнулась и шумно выдохнула, когда губы мужчины спустились от моей шеи к груди…
Наше уединение прервал визг моего смартфона. Павел выругался и продолжил пытать моё тело.
— Это Рома, — из последних сил пролепетала я. — Я не перезвонила… Он волнуется…
Недовольно зарычав, мужчина откатился в сторону, дотянулся до моей сумки и протянул мне. Еле соображая, я достала телефон и приняла вызов.
— Да, Ром, извини, я не слышала звонок.
— Все в порядке? Отвезла?
— Да… Да, отвезла…
Голос из динамика звучал весьма отчетливо, и Фирсов сморщил нос, услышав разговор.