Дверь спальни открылась. Алиса, потягиваясь, появилась в проеме, набросив на себя мою рубашку, как и несколько дней до этого.
— Ладно, обещаю подумать. Перезвоню. — протараторил Ромке и сбросил звонок. — Доброе утро.
С улыбкой мышка нырнула в мои объятия, нежно поцеловала в губы и потерлась носиком.
— Доброе утро. Давай завтракать?
К концу рабочей недели она настолько привыкла ко мне и к моему дому, что, казалось, так было всегда. Почему-то не беспокоила ни стремительность, с которой закручивались теперь наши отношения, ни самоотверженность, с которой мы оба кидались в этот омут.
За каких-то несколько дней наши жизни изменились кардинально. Только лишь две вещи оставались неизменными. Наши друзья по-прежнему не знали о том, что происходит между нами. Хотя, судя по участившимся звонкам и наводящим вопросам, начинали о чем-то догадываться. И второе. Каждое утро я продолжал высаживать Алису на автобусной остановке, а вечером там же забирать. Все мои доводы были отвегнуты упрямым женским «ты не понимаааешь».
Хотя я-то как раз понимал. Именно поэтому и допускал всю эту ситуацию. И действительно, косых взглядов и домыслов будет не избежать, если станет известно о том, что на самом деле нас связывает не только работа. А уж ей реализовать себя в профессиональном плане будет в разы сложнее. Поэтому перед всеми мы старательно играли свои роли. Что, впрочем не мешало нам наслаждаться друг другом на всех горизонтальных поверхностях моего кабинета, когда стены офиса, наконец, пустели.
После драки на корпоративе и разговора с генеральным, наши дела с контрактом резко улучшились. «Старт» был сдвинут в сторону, а в наших с «Максимой» планах было к концу месяца подписать бумаги для начала плодотворного сотрудничества. Каким-то немыслимым образом все сферы моей жизни внезапно стали налаживаться.
— Вот черт, шея затекла, — ворчала Алиса, просидев вместе со мной над документами до позднего вечера.
Сотрудники давно разошлись. Вечером пятницы в такое время здесь была разве что охрана на первом этаже. И мы. Телефон девушки зажужжал. Она хныкнула.
— Сейчас начнется… — приложила телефон к уху, ответила. — Да, Надя…
— Наконец-то. Думала, не дозвонюсь до тебя. Только не говори, что ты еще на работе.
— Ну…
— Элис! Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты это прекратила! Опять этот злыдень тебя не отпускает?!
Алиса со смешком посмотрела на меня, прекрасно зная, что я слышу все, что говорит её подруга.
— Ну конечно. Не сама же я здесь осталась, — сказала она и прикусила кончик языка, когда я удивленно посмотрел на неё. — Эксплуатирует по полной. В хвост и в гриву.
— Ну я задам этому демону. А-ну дай ему трубку.
— Надь, не надо. Я пошутила.
— Значит так, шутница. Через два часа я буду дома, чтобы ждала меня как штык. Иначе приеду в офис и тогда оба держитесь.
Алиса хихикала, откинув голову назад.
— Постараюсь. Как автобус подойдет.
— А что, Фирсов твой переломится, если подбросит тебя до дома?
Теперь уже я сложил руки на груди и в упор смотрел на мышку.
— Нааадь, — протянула она протестующе.
— Ладно. Ты подумала насчет выходных? Сразу предупреждаю, хоть Ромка и позвал Пашу, мы ничего такого больше не планируем, честно. И, раз ты говоришь, что все в порядке, мы же можем отдохнуть просто как друзья?
Алиса посмотрела на меня, я махнул ей рукой, позволяя принять решение самостоятельно.
— Надь, давай я приеду домой и поговорим.
— Хорошо, но дома не отвертишься. Два часа. Как штык.
Она сбросила звонок, надула щеки и шумно выдохнула.
— Я не расслышал, как вы с подругой меня называете? — спросил её, на что она сжала губы в наглой улыбке. — Злыдень, значит?
— Паааш, — хихикнула она.
— Эксплуатирую тебя, да? — я поднялся на ноги. Алиса тоже, смеясь вскочила и отошла на шаг. — В хвост и в гриву, говоришь…
— Уууу, какой злой, — она сощурила глаза и попятилась, когда я расстегнул ремень и, вытащив его из брюк, сложил пополам.
— Доиграешься, мышка…
— Зьлой Фирсов! Фирсов зьлой! — дразнилась она, по-детски коверкая слова, ещё сильнее раззадоривая.
Я дернулся за ней, но она, хохоча, побежала в другую сторону.
— А-ну стой, паразитка! Сейчас я тебе расскажу, что такое субординация.
— Боюсь, боюсь!
Алиса щелкнула выключателем, и единственным слабым источником света теперь был монитор моего ноутбука. Сдвигая стулья, смеясь, она пробиралась от меня, не особо стараясь убежать. Поэтому, не пройдя и круга вокруг стола, я цапнул ее поверх рук, перехватил ремень, просунул хлястик в замочек и затянул, прижимая руки Алисы к телу чуть выше локтя.