Шнырька вцепился в него всеми четырьмя лапами. Он напрягся, дернул и оторвал, после чего деловито начал эту хрень сматывать привычными движениями существа, которое всю сознательную жизнь тащило то, что плохо лежит. Виток, еще виток, еще, петля на локоть, рывок. Тень вокруг взвыла. Король наконец сообразил, что происходит, развернулся и всей своей тяжестью ударил, вот только он не попал.
Шнырька на секунду моргнул, пропуская удар, потом снова почти мгновенно проявился и продолжал сматывать кабель. В конце концов он его полностью смотал. Сдернул его с Короля, как вырывают провод из розетки, скрутил в тугой моток и утащил в свой теневой карман привычным, отработанным, до боли знакомым движением. Просто взял и спер, прямо из-под носа у древнего повелителя Тени.
Древний повелитель Тени завис. Он еще стоял, огромный, тяжелый и страшный, но что-то в нем неуловимо изменилось, будто из здания вынули фундамент, а стены пока держатся только по инерции. Король опустил взгляд туда, где секунду назад уходил в глубину его якорь, и я теперь почувствовал в нем то, чего не было раньше — растерянность.
Внезапно меня согнуло. Нет, меня никто не трогал, ни сам король, ни твари вокруг. Просто Мелкий, нимало не стесняясь, щедро зачерпнул энергию из моего хранилища. Он просто взял, разом и почти полностью опустошил мое хранилище, как человек вдыхает воздух, которому осталось жить полсекунды. Мой «краник», который я всё это время держал приоткрытым, вырвало вместе с резьбой к хренам собачьим! Меня сразу же повело в сторону, в глазах потемнело, а колени сообщили, что вообще-то они устали и не прочь присесть прямо здесь, среди теневых уродов.
Я устоял исключительно из принципа. Когда мир вокруг меня перестал качаться, я твердо решил, что в следующий раз, прежде чем давать этому маленькому засранцу полный доступ, подумаю раз десять, потому что при таком аппетите он однажды угандошит меня самого, а на похоронах будет искренне недоумевать, из-за чего это помер Великий Охотник.
Когда я поднял голову, то понял, что не зря малой взял эту энергию… ведь Шнырька уже разгонялся.
Со стороны это выглядело так, что я едва не заржал в голос, несмотря на пляшущие перед моими глазами круги. Мелкий встал на задние лапы, отвел переднюю и начал ее раскручивать, всё быстрее и быстрее, совсем как в тех земных мультиках, где маленький мышонок накручивает лапу пропеллером перед тем, как выписать здоровенному бульдогу. Вокруг лапы наматывалась чернота, сгущалась, тяжелела, вбирая в себя и силу короны, и мою силу, и годы обид на всех тех из Тени, кто когда-то называл его простым бесполезным Шнарком.
Король дернулся, но было уже поздно, потому что Шнырька уже прописал теневому королю просто эпичнейший поджопник!
Звука не было, просто вся глубокая Тень на один миг вздрогнула, как вздрагивает вода в стакане от удара по столу. Огромную фигуру сложило, смяло, оторвало от земли и швырнуло вверх и в сторону, туда, где пространство переставало быть пространством, а начиналось то самое великое ничто, из которого он однажды выполз и в которое так не хотел возвращаться. Раньше его удержала бы привязка. Она вытянула бы его обратно, собрала бы по крупицам и дала бы еще пару веков на восстановление. Вот только привязка теперь лежала в кармане у наглого Шнарка. Так что старый Теневой Король улетел в ничто без единой зацепки, тихо и окончательно.
Был король, и нет короля! Как говорится, канул в лету.
Весь круг теневых тварей молчал. Пару секунд не двигалось вообще ничего, а потом над ареной, над руинами, над всей этой мерзкой аудиторией прокатилось… не знаю даже, как это назвать, то ли выдох, то ли согласие. Тень словно приняла к сведению, что дело закрыто, и наконец выдала свой вердикт.
Корона на голове мелкого проступила по-настоящему. Она перестала мерцать и переливаться дымкой, стянулась, уплотнилась и легла мелкому на голову так, будто ее отлили по его мерке. Не металл, конечно, теневая корона металлом никогда не станет, но это была уже и не дымка, а плотный, тяжелый сгусток истинной Тени, в глубине которого медленно ходили серебристо-черные переливы. Красиво, блин! И, что важнее, видно ее было теперь всем.
А потом все признали власть нового короля. Первой была здоровенная тварь с шестью руками, та самая, что недавно пыталась мной пообедать, она подогнула свои суставы и рухнула на колени. За ней последовала вторая, потом третья, а дальше пошло волной. Круг оседал, ряд за рядом, вся эта пестрая, зубастая, многоглазая толпа опускалась и склоняла свои головы, и по Тени пополз низкий гул. Не рев и не вой, а слова, которых я не знал, произносимые тысячей глоток на языке, который старше моего Ордена.