– Я не видела еще ни одного говорящего снеговика.
– Это довольно редко случается. Нужна сила Создателя.
– Создателя?
– Человека, который лепил меня. Если в нем достаточно… э-э… любви…
– Любви?
– Любви к тому, что он делает, то может возникнуть такой феномен… э-э… в общем… резонанс…
– Ты говоришь, как ученый человек.
– Спасибо, мне это уже говорили… Пожалуйста, перестань ходить вокруг меня…
– Тебе это неприятно?
– У меня начинает кружиться голова.
– Хорошо.
Кошка остановилась и уселась напротив фронтальной части Снеговика. Она смотрела ему прямо в картофелины. Снеговик даже поежился от этого взгляда (хотя для него слово «поежился» скорее надо произносить, как «поснежился»).
– Итак, – сказала кошка, – ты необъяснимый наукой фантом. Неодушевленный предмет, состоящий из одной воды и овощей, но при этом наделенный интеллектом. Я все правильно поняла?
– Ого! – восхитился Снеговик – Ты тоже говоришь, как ученый человек.
– Я много пожила на этом свете и родила немало котят. Скажи мне лучше, что привело тебя в наш поселок?
– Что ты имеешь в виду?
– Такие существа, как ты, появляются не просто так, а с каким-то предназначением или служат знамением. Может, нас ждет очередной апокалипсис?
– О! – Снеговик даже немного растерялся. – Ты не только говоришь, как ученый человек, ты и думаешь, как ученый человек. Красота и ум – страшная сила.
– М-р-р-р, – такие комплименты приносили Ми-име истинное наслаждение.
Она все же хотела повторить своей вопрос о предназначении, но в это время на горизонте появился Байкал. Он бежал трусцой по дороге, проходящей мимо детской площадки. Пес сытно поел, немного побеседовал с Прохором, вздремнул в будке и теперь хотел продолжить общение с понравившимся ему снежным существом.
И хотя кошка не боялась Байкала, но находиться рядом с ним ей не предоставляло большого удовольствия. От него противно воняло псиной, к тому же поговаривали, что он питается мышами, а Мяукала не любила извращенцев…
«Мляу», – она мысленно выругалась страшным кошачьим ругательством, которое, если его перевести в нескольких словах, означало: «Да подавиться тебе своим хвостом». Это было универсальное ругательство всех кошек мира, поэтому Снеговика оно нисколько не покоробило – он его слышал уже не первый раз. Кошки и сами мало придавали внимания смысловому значению этого ругательства и часто использовали его лишь для связки слов…
– Поговорим после, – сказала Мяукала и гордо пошагала в противоположном направлении.
Ночью, когда заснули все обитатели поселка, Снеговик стал слушать деревья. Он не понимал их языка, но отчетливо слышал их голоса – они были похожи на редкие и протяжные вздохи. По сути, нельзя было утверждать, что эти вздохи являются продуктом интеллекта. Возможно, они – лишь акустический фон жизнедеятельности сложного органического существа, каким являлись деревья. Например, такой шум могли издавать медленные подвижки древесного сока под действием перепадов атмосферного давления или температуры. Однако Снеговику почему-то верилось, что деревья не просто органические существа, но существа разумные. Во всяком случае, Кодекс не отрицал такой возможности. Один из тезисов Кодекса говорил: «Единственное существо на земле, которое не мыслит – это рыба». Это утверждение не было твердым доказательством разумности деревьев, но оно и не опровергало его.
Многие годы Снеговик пытался расшифровать эти вздохи, тратил на это излишки своей энергии, но до сих пор так и не смог этого сделать. Возможно деревья оживали летом, но летом Снеговик не мог их видеть, потому что пребывал в нулевой бесконечности.
«Звезды – это оптический мираж, возникающий из-за искажений пространства в условиях нулевой бесконечности».
Кодекс Снеговика.
Двадцать шестое декабря. Пятница.
Обитатели поселка – и люди и животные – ждали выходных с разными чувствами. Кто-то предвкушал приятных впечатлений, а кто-то, наоборот, не любил эти дни.
Больше других не любил выходные Алексей. Аборигены вероломно нарушали его спокойствие и единоначалие. Они бесконечным потоком шли в Штаб и девяносто девять процентов из них шли с жалобами и угрозами. Аборигены требовали незамедлительно заменить, отремонтировать, заколотить, а у Алексея в распоряжении было только пять таджиков, да и тем не хватало квалификации.
– Вы же сами голосовали за сокращение штата работников, – оправдывался он. – У меня лишних людей нет. Придется подождать.