- Гм, звучит замечательно, - ответил Жиро. - Но все равно, Конрад, я предпочитаю Канны и Сен-Тропез.
- Отлично. Кому какое дело? С такого расстояния они все одинаковы.
- А что бы сказали на это талоиды?
- Думаю, им бы не понравилось. Знаете, у них некоторые детали из твердой ртути. В вашем домашнем холодильнике они просто растают.
- Правда? Поразительно!
Неожиданно послышался голос Ланга.
- Шарль, это Каспар. Я внутри, в переднем шлюзе, вернусь через несколько секунд. Что-нибудь новое?
- Нет. Мы тоже решили сделать перерыв, - ответил Жиро. - А что нужно было Дэну?
Открылась передняя дверь трюма, и появился Ланг. Даже в неуклюжем скафандре походка его казалась легкой и торжествующей. Он подошел к столу. Одновременно Генрих, стоявший у выхода из трюма с другими талоидами, тоже повернулся и присоединился к группе.
- Все кончено с Замбендорфом! - провозгласил Ланг. - Два часа назад его мессия арестован в Падуе городской стражей. Замбендорф не появился. Он улыбнулся за лицевой пластиной шлема. - Может, что-то заставило его нервничать и отказаться от появления.
- Замечательно, Каспар! - с энтузиазмом сказал Зельтцер. - Значит, вы действительно все предвидели.
- Поздравляю! - Жиро тоже казался доволен. - Замбендорф попался на крючок.
- Похоже, - согласился Ланг, садясь неуклюже на стул. - Давайте сообщим эту новость Генриху и остальным. Это облегчит нам продвижение.
- Готовы, Шарон? - спросил Жиро, глядя на нее через лицевую пластину.
- Готова. - Они кивнула и очистила экран переводчика. Новости Ланга, по-видимому, что-то значили для остальных, но ей ничего не говорили. Может, именно поэтому ее сюда и послали. Ну, и хорошо.
- Можем продолжить? - спросил Жиро, подключаясь к переводчику. Шарон проверила интерпретацию на экране, и машина произвела талоидный эквивалент с соответствующей высотой звука и скоростью. Талоиды заняли прежние места, с Генрихом посредине; Жиро кивнул Лангу, что тот может начинать.
- Прошу прощения за отлучку, - сказал Ланг. - Меня вызвали, потому что мы получили важные новости. - Он подождал, пока Шарон не переведет его слова в талоидный эквивалент. Макиавелли, по-видимому, главный советник Генриха на всех переговорах, сделал знак, что они поняли. Ланг продолжил: - Обманщик, которого вы искали, найден. Мы перенесли его в ваш город и предали в руки ваших властей, чтобы его судили по законам талоидов. - Он снова подождал, пока Шарон переводила его слова. - Наши преступники пока еще не найдены. Когда они будут найдены, их отвезут в наш город за небом и будут судить по земным законам. Так совершится правосудие талоидов и землян. Мы верим, что эти наши действия будут восприняты как доказательство нашей доброй воли.
- Его нашли! - воскликнул Стрейфоч, выслушав корявые пояснения растения лумиан. - Нашли Просветителя, который обманул наших солдат.
- Еще до конца яркости мы увидим публичную казнь, - угрюмо пообещал Эскендером.
- Его честно и без задержки передали нашим властям, - заметил Морморель. Он взглянул на Эскендерома. - Возможно, мы слишком торопливо судили об этих чужаках, ибо такое дело представляло бы собой совсем необычную форму предательства.
Неожиданно в глазах Эскендерома загорелся свет новой надежды. Если король лумиан передал самозванца властям Пергассоса, может, уничтожение кроаксийской армии - действительно дело преступников, но действовали ли они в союзе с Френнелечем или Клейпурром?
- Как приняли самозванца в городе? - спросил Эскендером. В его отсутствие решения принимаются Френнелечем. Морморель нажал кнопку, приводя в действие лумианское растение, и повторил вопрос. После короткого обмена вопросами и ответами растение ответило, что, насколько могли увидеть глаза лумиан с неба, самозванец был арестован. - Разве это не доказывает, что преступник не был направлен Френнелечем? - спросил Эскендером у Мормореля. - Тот вряд ли стал бы так приветствовать собственного агента.
Морморель на несколько секунд задумался над его словами.
- Агент, который навсегда стал бесполезен, - ответил он. - Его существование опасно, а жертва сделает Френнелеча безупречным в глазах Кроаксии.
- Гмм... - Эскендером был разочарован. - Значит, то, как обращались с самозванцем, ничего не скажет нам об участии Френнелеча? - заключил он.
- Не скажет, - согласился Морморель.
Эскендером нахмурился, потом гневно хлопнул ладонью по столу.
- Тогда, клянусь Жизнетворцем, я прикажу вскипятить голову этого Просветителя в кислоте. Пусть оба: и Френнелеч, и Клейпурр - получат предупреждение. И все остальные, кто может сговариваться с лумианскими преступниками против короны Кроаксии!
- Внимание. Полковник Уоллис хочет поговорить с послом Жиро, послышался голос в микрофонах землян.
- Да, полковник? - сказал Жиро.
- Передовой пост периметра номер три задержал верхового талоида, который сообщил, что он известен нашим посетителям. В наших записях он проходит как Джеймс Бонд. Просим ваших инструкций.
- Секунду, полковник, - сказал Жиро. Потом: - Конрад, вы слышали? Передайте это сообщение Макиавелли.
Зельцман поговорил с переводчиком, а переводчик поговорил с талоидами. Полковник Уоллис передал изображение вновь прибывшего на экран, установленный рядом с переводчиком, и Генрих сказал, что это известный ему верный талоид. Жиро разрешил Уоллису пропустить Бонда.
Через несколько минут в сопровождении двух солдат лумиан в пещеру вошел Скериллиан. Выглядел он так, словно всю дорогу из Пергассоса скакал не останавливаясь. Он сообщил Эскендерому и остальным, что Просветитель появился в городе и был арестован дворцовой стражей Френнелеча.
- Об этом мы уже знаем от лумиан, - ответил Эскендером. - Но кто он? Можешь нам сказать?
- Да, ваше величество, он известен в нашем городе, - ответил Скериллиан. - Это не кто иной, как Грурк, брат Тирга, который отправился в Кроаксию, чтобы служить земному слуге Темного Хозяина твоему врагу Клейпурру.
- Он? - взревел Эскендером, вскакивая на ноги. - Слышатель, которым я хотел заменить Френнелеча?.. Вернулся из Картогии слугой Клейпурра? Это он направил волшебство лумиан на мою армию?
- Он самый, ваше величество, - ответил Скериллиан.
Эскендером отпихнул стул, на котором сидел, и заходил взад и вперед по пещере, с гневом ударяя кулаком о ладонь. Он кричал:
- Предатель! Обманщик! Такова его благодарность? Так я вознагражден за свое великодушие? Агрххх! Болотный пьяница! Ржавчина и кислота на него! Пусть заберут его Печи Переплавки! Я медленно растоплю его корпус и выщелочу глаза! Я повешу его на высоковольтном дереве в лесу. Я сварю его в кислоте! Морморель, прикажи слугам немедленно привести наших лошадей. У жителей Пергассоса будет на что посмотреть еще до конца этой яркости!
- Френнелеч уже объявил, что через одну двенадцатую яркости состоится публичная казнь, - сказал Сериллиан.
- На этот раз мы с ним согласны, - объявил Эскендером. - Едем немедленно в Пергассос: я не хочу пропустить такое развлечение.
Жиро с удивлением наблюдал за реакцией Генриха на слова Бонда. Макиавелли и Цезарь встали, и Макиавелли пошел к двери и замахал свите Генриха, ждавшей у навеса с верховыми животными.
- Что происходит? - спросил Ланг.
- Мне кажется, они уезжают, - озадаченно сказал Зельцман. - Вероятно, переговоры прерываются.
- Шарон, узнайте, что произошло, - приказал Жиро.
Шарон сумела завязать диалог с одним из талоидов, расхаживавших по пещере в ожидании верховых животных.
- Они возвращаются в Падую, - сказала она наконец, недоуменно качая головой. - Там какая-то публичная казнь, которую не хочет пропустить Генрих.
- Кого казнят? - спросил Зельцман.
- Я не уверена, но, кажется, мессию.
- Мы позволим, чтобы это произошло? - спросил Жиро, беспокойно взглянув на Ланга.
Лицо Ланга за лицевой плитой стало каменным.