– Простите, – пробормотала, пряча взгляд. – Я ведь предупреждала, что не стоит…
– Ничего. Я сам просил, – тихим, как будто сонным голосом проговорил Евгений, и после паузы добавил: – И нисколько об этом не жалею.
Между нами повисла неловкость. С досадой я чуяла, что своим воздействием не столько погасила его эмоции, сколько вызвала новые и нечто вроде эйфории в придачу. Нужно отвлечься, сосредоточиться на деле и продолжить путь.
Я покосилась на Ларса, чувствуя себя так, будто совершила у него на виду неприличный поступок. Он сидел на поваленном стволе и терпеливо ждал, когда мы закончим, всем своим видом выражая полнейшее равнодушие.
– Ларс… С ним было так же? – едва слышно спросил Евгений, проследив за моим взглядом.
– Нет, не совсем, он сопротивлялся, и я только… Простите, мне нужно сосредоточиться. Побудьте здесь.
Обойдя яму с водой, я увидела неподалеку россыпь округлых камней, покрытых густым мхом неестественно яркого светло-зеленого цвета. Остановилась, разглядывая их, и постаралась выкинуть из головы ощущение мимолетной близости, чужие эмоции и собственное смущение. Вновь вернуться в состояние спокойной внимательности, сосредоточиться на сигналах и знаках Той Стороны.
Но никак не могла избавиться от самой ясной мысли, подсмотренной в сознании Евгения. Находясь в лесу, полном неведомых и опасных существ, едва не став жертвой одного из них, в то время как я пыталась проникнуть в его рассудок, он воображал, как касается моих волос, проводит по ним ладонью и пропускает пряди между пальцами. Так ярко, что я почти физически почувствовала это.
– Не трогайте! Стойте спокойно! – громкий окрик подействовал как пощечина.
Мгновенно придя в себя, я метнулась обратно и увидела, что Евгений застыл в недоумении, а Ларс ищет что-то в своей сумке, не сводя с него глаз.
На шее его, чуть пониже мочки уха, что-то темнело и шевелилось. За тот краткий миг, на который я отлучалась, какая-то тварь успела к нему прицепиться, словно Та Сторона решила напомнить, сколь недопустима беспечность.
Приглядевшись, я различила существо, похожее на пиявку – толстый червь размером с палец, гладкий, плоский, безглазый. В том месте, где оно присосалось, кожа уже начинала краснеть.
– Что вы намерены делать? – спросила я Ларса, державшего заостренные щипцы медицинского вида. – Вы же вырвете ее вместе с мясом! Дайте лучше огня.
Обеспокоенный Евгений хотел дотронуться до шеи, но я поймала его за руку. Ларс достал спички, зажег одну и поднес огонек к паразиту. Тот дернулся, отвалился, упал на плечо своей жертвы, свернувшись в кольцо и подрагивая. Отголосок вопля боли эхом раздался в голове. Я поморщилась, и Евгений покосился с опаской.
– Что там такое?
– Ничего страшного, – сказала я успокаивающе. – Всего лишь пиявка.
Из круглой, глубокой на вид ранки с неровными краями сочилась сукровица. Красное пятно, пока небольшое, окружало ее. Мы с Ларсом переглянулись.
– Я сделаю это, – предложил он неуверенно.
– Нет. Я сама.
Прежде чем он успел возразить, я щелчком сбила пиявку на землю, где Евгений наконец увидел ее и скривился от отвращения.
– Мерзость, – сказал он, потянувшись к укушенному месту. – И откуда только взялась! Я даже не почувствовал, как она укусила… Уна, что вы делаете?
Я отвела его руку, встала на носочки, уперевшись о его плечо, и припала губами к ране. Ощутила разбегавшийся под кожей жар, солоноватый, металлический привкус крови и другой, горький и едкий – яд еще не успел полностью разойтись. Вытянула его, сплюнула и повторила еще раз, и еще, пока горечь не исчезла.
Все это время Евгений стоял, практически не дыша. Когда я закончила и отпустила его, глубоко вздохнул и облизал губы.
– Где, говорите, водятся эти пиявки? Я не против подцепить еще парочку, – ошарашенно проговорил он.
– На вашем месте я бы поискал другой способ сорвать поцелуй. Стойте смирно, я обработаю рану, – проворчал Ларс, откупоривая аптечный флакон. Раздался резкий спиртовой запах, показавшийся здесь совершенно чужеродным. – Надеюсь, теперь вы уяснили, что в зараженной местности не следует терять бдительность ни на миг. Надо же, как не вовремя!
– Не нужно сгущать краски, – я потупилась, не в силах поднять глаз. Все выходило как-то глупо, стыдно и неуместно. – Вряд ли столь малое количество яда сможет всерьез навредить.
– Надеюсь, что так. Евгений, я призываю вас впредь быть осторожнее. Старайтесь ни к чему не прикасаться без крайней необходимости, а лучше наденьте накомарник. И следите за своими ощущениями – о малейшем недомогании сообщайте мне немедленно!