Скажу ерунду — не поверит, и можно считать задание проваленным. Отвечу максимально верно — подпишу себе немного иной приговор. Во мне боролось тело и мозг, душа и магия. Моя внутренняя суть тянулась к Максиму, забивая все разумные мысли и волю. Мое чувство долга отрицало даже малейшее влечение. А ведь были еще мораль и опыт, которые просто кричали о неправильности нашего поведения.
Но бросить все на пол пусти? Не мой вариант.
Похоже, Арсенский почувствовал мое смятение, но счел причиной нечто совсем другое.
А я облизала губы и потупилась. Платить по счетам я буду потом, но сейчас сделаю так, как умею.
— Я здесь ради тебя, Максим. Ты говорил, что хочешь ухаживать и…Почему бы не сделать это в одном из красивейших городов мира?
Кажется, мы оба перестали дышать. Я снова подняла глаза и от увиденного чуть не дернулась назад в попытке сбежать. В глазах мужчины разгоралось пламя. И именно я дала ему зеленый свет.
— Ухаживать? — голос его звучал глухо, — Что ж, тогда начнем с ужина. У меня возникли проблемы здесь, поэтому я буду занят, но вечером я зайду за тобой. Где ты остановилась?
Судорожно вспомнила название одного из отелей, и он кивнул. А потом и вовсе обнаглела:
— Может, я могу помочь тебе с проблемами?
— Не стоит. Я все сделаю сам.
Ага, кто бы сомневался.
Мимо прошел Митч с завернутой в бумагу покупкой. Он равнодушно и вежливо кивнул нам, но меня обдало волной беспокойства.
Арсенский будто только вспомнил, что в магазине мы были не одни.
Он приветливо обратился к продавцу, а потом повернулся ко мне:
— Петро сварит нам кофе. А потом я отпущу тебя, но это ненадолго…
Его глаза сверкнули, а я вздохнула и заставила себя улыбнуться.
Во что ты вляпалась, Влада?
Глава 16
— И он тебе поверил? Настолько уверен в собственной неотразимости?
— Не поверил, а проверил — большая разница, — буркнула я и повалилась на кровать. Черт, все эти события выматывали меня больше, чем экспедиции и погоня за преступниками. — Арсенский полагается на свой дар и осведомителей — как правило, члены Комитета действительно не делают тайну из своей деятельности. Так что он докопался только до того, что я просто преподаватель археологии.
— Секретная секретная Влада.
— Прекрати, — я поморщилась, — Ты же знаешь, что в этом есть необходимость. Слишком многие захотели бы меня использовать — и наши, и не наши…
— Влада, а что если он играет в свою игру? Это может быть опасно… — Митч, в волнении ходивший все время нашего разговора, застыл посредине квартиры.
— Вот с "опасно" я как раз справлюсь.
— А с собой? — друг вздохнул и уселся рядом со мной, — Между вами разве что не искрило — и это не фигура речи. И не похоже на простые инстинкты…
— А с собой придется как то дальше жить, — я тоже вздохнула. — Но мы выиграли еще немного времени, и это главное.
— Мне это не нравится.
— Думаешь, нравится мне? Я пыталась соскочить, но оказалось слишком поздно — я увязла с головой.
— И что ты собралась делать на ужине?
— Ты так завуалированно спрашиваешь, не планирую ли я через постель выведать у него все секреты? — как бы я ни старалась, раздражение прорвалось сквозь маску спокойствия, — Я, конечно, не слишком хорошая девочка, но и не продаюсь ради сведений. И уж если лягу с ним…
— Угу. Только по желанию, — Митч еще мог шутить.
Я застонала от досады и накрыла голову подушкой. Идиотская ситуация. И хуже того, что она бы не случилась, если бы те, кто был приставлен следить за Арсенским — просто присматривать — выполнили свою работу качественно. Похоже, кое-кто просто оторвался от слежки.
Говорило ли это о том, что он преступник? Не факт. Он мог быть просто человеком, который терпеть не мог, когда лезут в его дела.
— Готовьте группу на сегодняшний вечер, — сказала я уныло, — План помещений я вам дала, данные по ходам и людям тоже — хоть это успела определить, пока кофе пила. Дальше уже сами — единственное что я могу сделать, так это занять Арсенского на некоторое временя. Но мне появляться там опасно. Поверил он мне или нет, следить теперь будет пристально.
— Почему ты решила стать археологом?
Я аккуратно вскрыла очередную ракушку, залитую томатным соусом — знаменитое римское блюдо — и пожала плечами.
Легенду я свою помнила, но врать без исключительной на то причины не хотелось.
— Меня всегда восхищало, как много могут рассказать вещи — даже их осколки — о тех людях, что жили до нас. О чем они мечтали, что любили, как проводили время. Знаешь, ведь именно благодаря им мы такие, какие есть…