— Что ты имеешь в виду?
Максим отпил вино и наклонил голову, показывая, насколько ему интересен предмет нашего разговора. И ведь не играет.
— Ну, человечество в нынешний момент времени такое — и конкретные люди, и все мы в целом — именно благодаря бесконечной цепи маленьких и больших событий, что происходили с каждым из наших предков. И мне кажется, изучив эти события — через предметы — мы лучше поймем себя. И отдадим своеобразную дань, если так можно выразиться, тем, кто дал нам все то, что мы имеем. А еще… Знаешь, меня привлекает идея ключевых вещей. Ты же в курсе теории ключевых событий и людей, которые вершили историю, поворачивая всеобщий путь на одну из вероятностных линий? Я считаю, что существуют и такие вещи. Магические и обычные, создание — или не создание — которых привело к поворотным моментам.
— Вроде Троянского коня?
— В какой-то мере да. Или атомной бомбы. Хотя я, скорее, веду речь о предметах менее заметных, сгинувших и забытых, вроде маленькой бабочки. Помнишь эту фантастическую историю про людей, что отправились в прошлое и раздавили там бабочку?
— И человечество свернуло на другой путь развития?
— Да.
— Ты нашла такие вещи?
Я улыбнулась и покачала головой.
— Не оставляю этих попыток. Кто знает, может твои лунницы ими станут?
— Угу. Ради изучения которых ты притворилась больной, — Арсенский покачал головой, а я расхохоталась. Черт, это было странно, но я чувствовала себя удивительно легко и хорошо, будто и не было довлеющего надо мной задания, а мы были просто парочкой фактически на первом свидании. Ну или на третьем — уж как на это посмотреть.
Наверное, вкусная еда, вино и сама атмосфера вечного города сыграла свою роль.
— Ну а ты? Почему ты занимаешься этими древностями? Ты производишь впечатление человека настоящего и даже будущего — но уж никак не прошлого. Мне понятнее представить тебя создающего футуристические проекты, нежели роющегося в бабушкином сундуке.
— A может я считаю, что именно в сундуке есть ответы, которые поставит перед нами будущее?
— Поясни.
— Я сторонник мысли, что все уже было. И не раз. Что история — и мы сами — идет по огромной спирали времени, и если бросить взгляд назад — ну или в бок, что геометрически будет более верным — можно будет увидеть нечто схожее с происходящим сейчас. И не важно, касается ли это событий или людей.
— Искусственные человек Леонардо да Винчи и современные роботы?
— Например.
— И ты посчитал примерную длину временного витка?
Арсенский медленно кивнул и посмотрел на меня чуть смущенно:
— Примерную.
— Круто, — я широко улыбалась, пока пыталась применить эту информацию ко всему тому, что обнаружила. Картина складывалась интересная.
Телефон чуть завибрировал от входящего сообщения. Уведомления у меня приходили не на каждого человека, потому я взяла его и мельком глянула на экран. И тут же равнодушно пожала плечами — вроде как текст "Место просто восторг!" меня не слишком заинтересовал.
Но внутри сжалась пружина.
Это означало, что Митч и несколько агентов уже внутри; и им не смогли помешать или обнаружить их. Теперь многое зависело от результатов их поисков.
Если не все.
Я вздохнула и снова принялась за уже остывающее блюдо.
— Скажи… — чуть помедлила в нерешительности. Стоит спрашивать или нет? — В антикварном магазине… Ты же знаешь сам, все маги довольно чувствительны к этим вещам… Но там такая добрая аура…
Мужчина рассмеялся, а я выдохнула. Похоже, мучившая меня загадка вовсе не была загадочной.
— Вещи с хорошей историей — одно из самых главных требований для моих людей. Мы их целенаправленно ищем. И даже научились кое-что очищать…
— Очищать? — я недоуменно вскинула брови.
— Ну да. Не все, конечно, но со многим справляемся. Убираем след истории, дурные мысли, проклятия… На самом деле это не так уж и сложно, если построить соответствующую машину. Ты слышала про довольно редкий дар "ластика"?
Я вздрогнула и кивнула.
— Принцип примерно тот же.
— И работает только с вещами? — спросила я как бы между делом, продолжая сосредоточенно уничтожать ракушки и вытирая оставшийся соус кусочком свежеиспеченного хлеба.
— Подозреваешь меня в противозаконной деятельности? — Арсенский снова рассмеялся, но глаза у него были серьезны. Нет, не потому, что он скрывал за смехом истинные чувства — его взгляд был прикован к моим губам и пальцам, которые я чуть ли не облизывала от удовольствия.
Я судорожно вздохнула.