— Влада, — мужчина чуть подался вперед и поменял тему разговора, — можешь мне рассказать, что такого произошло, что сексуальное притяжение между магами стало вдруг для тебя глубоко неприятно?
Я нервно хмыкнула.
Ага, я ведь только и мечтала говорить с ним о сексе.
— Это однозначно требует чего-то сладкого, — пробормотала, пытаясь выиграть время.
Мы подозвали официанта и выпалили практически одновременно:
— "Крема каталана" и эспрессо.
Отлично. У нас даже в еде вкусы совпадают. Наверное, главный показатель "истинности" пары, мрачно пошутила я про себя. И даже без особого раздражения.
Я мельком глянула на часы. Прошло уже полчаса с того момента, как я получила первое сообщение. Нужно тянуть время, мало ли какие у Максима планы.
Сделала маленький глоток кофе, будто собираясь с мыслями.
— В нашем районе было довольно много магов. И этим, как бы сказать… не просто гордились, но кичились. Такое редко бывает. А я думала, что это норма. Думать, что ты круче всех. Сначала специализированные школы, курсы, ощущение причастности к чему то большему. Подростковый максимализм. Мы же рано созреваем, и за созреванием следуют все эти эксперименты — довольно разнузданные. Юношеские гормоны плюс магические инстинкты… Впрочем, ты и сам все знаешь. Может, в другой обстановке я бы это спокойно воспринимала, но меня воспитывали несколько по другому; и мне не хотелось поддаваться этой сексуальной истерии. Многие считали молодых магов излишне распущенными, и я была с этим согласна. Когда мне было пятнадцать, я встретила парня… Человека. Влюбилась. Он красиво ухаживал, ну а я была счастлива, что вот так вот у меня все, что это по настоящему, а не как у всех, из-за инстинктов. Ну и первый раз, понятно, был с ним. А потом оказалось, что это у них спорт такой с друзьями. Кто больше магичек… оприходует, раз уж мы такие страстные…
Меня обдало горячей и сухой волной бешенства, и я подняла голову.
Лицо Максима ожесточилось, а глаза засверкали злым огнем. Я невольно залюбовалась мужчиной — он явно был из тех, кто при полностью исчерпанных ресурсов просто возьмет ружье и пойдет на обидчика своей женщины.
— Сволочь, — прошипел он.
Угу, еще какая. Я так точно. Потому что это была не моя история, а милой девочки Маши.
Подавила в себе чувство вины и аккуратно зачерпнула десерт ложкой.
Вкуса я не почувствовала.
Мы закончили ужин, а сообщения от ребят все еще не было. Что ж они так задерживаются? Я поняла, что начинаю нервничать. Арсенский же сделался задумчивым.
— Прогуляемся? — он накинул мне на плечи куртку и я кивнула. От ресторана до моего отеля, в который я заселилась днем — даты в компьютере пришлось менять — было примерно полчаса. Ну а потом…Все будет зависеть от ситуации.
— Тебе идет этот стиль, — внезапно сказал Максим, — Гораздо больше, чем те вещи, которыми ты прикрываешься в университете. Тебе надо носить роскошные платья, кожаные штаны и ездить на мотоцикле.
Я хмыкнула и поддержала легкость беседы:
— И ездить, так полагаю, по улицам Рима? Может, заедешь за мной завтра?
— А мы расстаемся? — брови удивленно взметнулись вверх.
Я не нашлась, что ответить и потому лишь пожала плечами и отвернулась.
Ну в самом деле, и кто приехал в Рим, воспылав нежданной страстью?
Черт.
И тут Арсенский сделал то, чего я вообще не ожидала.
Он расхохотался. А потом остановился, развернул меня к себе и произнес таким глубоким, хриплым голосом, что мое сердце забилось в два раза чаще, а по спине прошла огненная волна.
— Влада…Ты просто не представляешь, как я хочу тебя. С самой первой встречи. Хочу настолько, что даже боюсь лишний раз прикоснуться или поцеловать тебя — потому что могу просто не остановиться потом. Но поверь мне, я не собираюсь торопиться. Я умею ждать. Поэтому все будет только тогда, когда ты будешь готова. Договорились?
Я кивнула.
А он легко, очень нежно прикоснулся своими губами к моим, тут же отстранился и пошел дальше, переплетя свои пальцы с моими.
Мы молча двигались, размышляя каждый о своем; мои размышления были далеки от приятных. Ну почему такая несправедливость? Впервые я встретила настолько офигительного мужика, да что там — нас постоянно с ним "встречает" судьба. А я, вместо того, чтобы броситься в его объятья, ворую у него данные и лезу в его жизнь грязными сапогами.
Но я не могла поддаваться эмоциям.
Мой дар не срабатывал как некий мудрец, что знает ответы на все вопросы. Я должна была собрать всю, абсолютно всю доступную и недоступную информацию и только потом принимать решение. К сожалению, дело Арсенского было похоже на аптекарские весы, где на каждой чаше лежало одинаковое количество информации.